Нет, я не вырвалась и не возмутилась. Ответила на его поцелуй с той же пылкостью, хоть и неумело. Лихорадочно вцепилась руками в плечи и осознавала лишь одно: меня целует Кайрен Шторм. Он здесь, мы одно целое, он сходит с ума от страсти, а мое сердце колотится, разрывается на части! И это главное. Это Хаос, который порождает саму Жизнь!
Мои пальцы скользили по его шее, спине; я чувствовала бугристость его напряженных мышц, рельеф шрамов, и мою кожу обволакивал первобытный жар. Меня сжигала потребность узнать его лучше, слиться с ним, присвоить его себе – но не только тело, и мысли, и душу, все, до последнего дыхания и биения сердца.
Кайрен ослабил хватку и отпустил меня.
Без жаркой близости Кайрена мое тело охватил холодный воздух коридора, пробрав до костей. Магистр молчал, тяжело дышал и смотрел... с улыбкой, в которой я вдруг разглядела удовлетворение и снисходительность.
– И что же теперь, Эмма? – произнес он негромко, и смысл, который я уловила в его словах, вернул меня в реальность.
Приз. Он видит во мне приз!
Меня охватили растерянность и гнев.
– Зачем вы играете со мной, Кайрен?! – воскликнула я, окончательно освобождаясь от его рук. – Что вы затеяли? Зачем заставляете меня терять голову?
– Эмма...
– Пытаетесь убедить, что влюблены в меня? Чтобы я поступила, как вам нужно?!
– Нет, – он ответил мрачно и весомо. – Ничего подобного. Эмма, то, что сейчас произошло.
– Этого не должно было случиться. Все неправильно. Я вам не верю, магистр Шторм.
– Ты очень разумная и осторожная девушка. Но сейчас ты ошибаешься.
Он говорил с такой силой, что я устыдилась своих обвинений.
– Мне нужно подумать. А вы мне мешаете.
Я встала, встал и Кайрен.
– Идем, Эмма. Я провожу тебя, – теперь он был мягок, ласков и терпелив.
Я шагнула вперед, под моими ногами мелькнула призрачная тень. Дракрыса. Она наблюдала за нами? Посмеивалась? Вот любопытная тварь.
Мне и самой захотелось истерически рассмеяться.
Мы вышли в общий коридор, я отвернулась и поспешила к спальням, давая понять, чтобы Кайрен не шел за мной. Мне было страшно посмотреть в его лицо. Но все же пришлось – он удержал меня за руку и заставил выслушать последние слова.
– Эмма, у тебя есть время до Осеннего бала, чтобы принять решение. Потом я уйду из Академии – моя задача здесь выполнена. Если ты выберешь свою прежнюю жизнь... что ж, так и быть. Видишь? Я послушен твоей воле.
Я упорно не смотрела на него, но он наклонился, и я ощутила его губы в опасной близости от своей шеи. Я качнулась, словно меня тянуло к нему магнитом.
– Вы не подчиняетесь ничьей воле – только собственным желаниям, магистр Шторм.
Он тяжко вздохнул.
– Больше не буду пытаться к тебе приблизиться, Эмма Элидор. Так и быть – оставлю тебя в покое, чтобы ты больше не обвиняла меня в нечестной игре. Скажу лишь одно: я не играю с тобой, Эмма. Я знаю, чего хочу, и буду искать способ, чтобы это получить.
Когда я вернулась в спальню, девушки еще готовились ко сну. Разбирали постели, переодевались и болтали, болтали, болтали. Классная дама где-то пропадала, поэтому никто не приказывал им укоротить языки.
Но обсуждали вовсе не происшествие с воронами, а близкий Осенний бал. За последние недели нам выпало немало неприятных переживаний, поэтому праздника все ждали с воодушевлением. В прошлом году мы на нем не присутствовали, этой чести удостаивались лишь ученицы второго и третьего курсов.
В одном углу спальни спорили о подходящем цвете перчаток к платью. В другом – о прическах. Разрешит ли наставница накрутить волосы щипцами или велит убрать их строго, под ободок? Как ее уговорить?
Но больше всего рассуждали о гостях – братьях, женихах, друзьях семьи – мужчинах, которым будет позволено присутствовать на балу. Кое-кто уже строил планы, как привлечь внимание того или иного завидного кавалера. Опытная Мина учила Ирену стрелять глазами и кокетливо улыбаться, а Адри учила Лизу «языку веера».
– Прижать веер левой рукой к левой щеке означает «нет». Левой рукой к правой щеке – «да». А правой рукой к носу – «Утри сопли, неудачник, я не для тебя»! – Сообщила Адри с полной серьезностью, хотя ее губы насмешливо подрагивали. Лиза всему верила, мусолила карандаш и записывала инструкции в тетрадь.
Тара заявилась в спальню еще позже меня. Прошмыгнула в дверь как мышка, втянув голову в плечи и бросив опасливый взгляд на Адри. Не нужно и гадать, где была Тара – ясное дело, на свидании с Ингваром.
Она тихо-тихо пробралась к кровати и стянула покрывало. Заметив меня, подняла голову. Мы понимающе посмотрели друг на друга.
– Тара, вот ты много романов прочитала. Скажи, как понять, что ты любишь человека? – спросила я угрюмо.
– Очень просто. Он тебя выводит из себя, но ты все равно хочешь быть с ним.
– А как понять, что он тебя любит? Если он этого не говорит прямо, а несет бог весть что.
Тара пожала плечами.
– Ну, если он ставит твои интересы выше своих, то, наверное, любит, – бросила она совсем уж мрачно. – Комплименты, красивые слова – все чепуха. А если ерунду болтает – так это потому, что плохо понимает, как до тебя достучаться. Но очень хочет.