По подсчётам фонда "Здоровье", смертность на селе на 14% выше, чем в городах. Чиновники уверяют, что в провинции выше и процент стариков. Но тогда почему количество госпитализаций в 2014 г. снизилось на 32 тыс., а в 2015-м - уже десятикратно, на 312 тысяч? Старики перестали болеть? По словам президента "Общество фармакоэкономических исследований" Павла Воробьёва, у 40% жителей деревень есть признаки катаракты или глаукомы, около половины не имеют зубов. Но ими никто не занимается, а их шансы получить в городе квоту на необходимую операцию близки к нулю - слишком сложный это процесс, требующий постоянного присутствия под рукой у распределяющего квоты чиновника.
Но самое страшное: рост инфарктов и инсультов, потому что убита профилактика. Объёмы амбулаторной помощи в деревне сократились на 39 млн. посещений по сравнению с 2011 годом. В 2014 г. закрыли 642 фельдшерскоакушерских пункта, в 2015 г. - ещё 246. Хотя лекарства можно приобрести только здесь, фельдшер обычно не имеет автотранспорта, чтобы за ними ездить. Да что транспорта - у него горячей воды чаще всего нет, не говоря уж об оборудовании. Кое-где сердечный чиновник организовал визиты специалистов из райцентра на оснащённых диагностическим оборудованием автомобилях. Но это реально "кое-где".Берите выше.
Можно было предположить, что федеральные власти знают о перегибах на местах и принимают меры. Однако правительство РФ предполагает до 2019 г. втрое сократить расходы на программу по охране здоровья матери и ребёнка - с 17,5 до 6 млрд. рублей. Уже в 2017-м на снижение смертности и предотвращение передачи ВИЧ детям выделят на 2,6 млрд. руб. меньше запланированного. Программу по оказанию высокотехнологичной помощи тоже ждёт существенное сокращение: в 2016 г. её финансирование составило 154,1 млрд. руб., а в 2017 г. на эти цели запланировано только 57,6 млрд. рублей. Минздрав объясняет, что часть денег придёт из средств Фонда ОМС, но механизм пока выглядит непрозрачным. По словам главврача НИИ им. Н.Н. Петрова Андрея Карицкого, в обязательном медицинском страховании по определению нет места научным исследованиям, дорогостоящим современным инновационным технологиям и образованию. Да и откуда возьмётся адекватное возмещение, если общие расходы на медицину в федеральном бюджете в 2017 г. рухнули на треть. Теперь у Минздрава они ниже, чем у ФСИН, на тюрьмы тратим больше, чем на больницы.
А ведь до недавнего времени высокотехнологичная медицинская помощь (ВСМП) была священной коровой Минздрава. Во-первых, новейшее оборудование служило хорошей рекламой министерству в СМИ, "на него" удобно приглашать первых лиц. Во-вторых, импортная на 100% техника сулила хорошие откаты, поскольку даже на томографах для рядовых больниц в 2008-2010 гг. накручивали 200-300% цены. С 2006 г. на строительство высокотехнологичных центров по госпрограмме "Здоровье" было потрачено около 50 млрд. рублей. И когда мировые рейтинги ставят Россию позади Таджикистана по эффективности управления здравоохранением, оценивается прежде всего готовность наших чиновников спустить в унитаз результаты этих вложений ради копеечной экономии и десятка новых танков.
Кроме того, выяснилось, что медоборудование на миллиарды рублей годами закупалось без гарантийного обслуживания. А сегодня нет денег на запчасти. Причём некоторые из них попадают в санкционные списки, а власти требуют приобретать запчасти к зарубежному оборудованию у отечественного производителя, словно это картофель или брюква. В октябре 2016 г. глава одного из медучреждений Мурманска Олег Игнатов рассказал, что дорогостоящая техника стоит и ждёт ремонта. Приезд инженера от зарубежного производителя стоит минимум 100 тыс. рублей, причём варяг вряд ли сможет на месте отремонтировать аппарат - только "поставить диагноз".
Такие же "манипуляции" производились в "Горбачёвские" времена с целью возбуждения населения против власти.
Ради кого всё это? "Оптимизация" часто создаёт проблемы больным и врачам, но даже бюджетных денег не экономит. Одним из главных "правдорубов" 2016 г. стал главврач Московской городской онкологической больницы ╧62 Анатолий Махсон, у которого забрали право самостоятельно закупать медикаменты. По словам Махсона, через департамент здравоохра╛нения на те же 590 млн рублей закупили препаратов меньше и худшего качества. "Департамент покупает по завышенной цене. Они перекроили заявку на весь город по системе ДЛО, стоящую более 5 млрд. руб. - увеличили закупку одних препаратов и не купили другие", - резюмирует Махсон.
