Очень советую почитать ее Петру Мицнеру, всем сотрудникам и авторам “Новой Польши”.
АЛЕКСАНДР КАЗИНЦЕВ
МЕНЕДЖЕР ДИКОГО ПОЛЯ
Государство? Где вы видите государство?!
Ползущий, словно тощая черепаха, БТР. Жиденькая цепочка одетых кто во что горазд людей с “калашами”. Замешательство у стены невысокого дома. Медленно, нестерпимо медленно долговязый военный (офицер “Альфы”?) поднимает руку, и столпившиеся у проема начинают неловко протискиваться внутрь.
Тот, кто видел эти кадры, наверное, никогда не забудет их. 3 сентября. Штурм школы в Беслане.
Три дня, затаив дыхание, ждали развязки. Город, Осетия, вся Россия. Да и весь — без преувеличения — мир. На благополучный исход надеяться не приходилось. Но в том, что государство сделает максимум возможного, стянет в Беслан лучшие силы, самую современную технику, все эти хитроумные, безумно дорогие игрушки спецслужб, мало кто сомневался.
И вот — срыв, чудовищный провал! Крупным планом — во весь экран — у ж а с а ю щ а я ч е л о в е ч е с к а я н е з а щ и щ е н н о с т ь. Вместо умных и грозных машин, вместо асов ближнего боя (помните хвастливые репортажи о том, как горстка бойцов “Альфы” на учениях захватывает чуть ли не целые базы условного противника?), вместо торжества государственной мощи мельтешение солдатских фигурок, н и в ч е м не имеющих преимущества перед террористами.
Тягостное осознание очевидного б е с с и л и я наших защитников. Недоумение: как же так? Положим, удар террористов был неожиданным, оттого-то и прозевали (хотя и сама эта неожиданность свидетельствовала о слабости спецслужб), но теперь развязку ждали, не могли же и впрямь надеяться на переговоры, на усталость или “милость”, милосердие зверей; почему вновь оказались неподготовленными? При взгляде на экран охватывало ощущение н е и з б ы в н о г о с и р о т с т в а: некому защищать! Нечем защитить !
Припомнились жалкие потуги имиджмейкеров придать привлекательность службе в силовых структурах. Последние годы по телевизору охотно крутили ролики, где накачанный вэдэвэшник ударом руки перерубал стопку кирпичей. И по контрасту в памяти возникала реклама американской мощи: десятки вертолетов, заслоняющих горизонт, хищные бомбардировщики, взлетающие с палубы гигантского авианосца, чужие города в электронном прицеле и далекие разрывы бомб, поразивших цель. Будто специально играли на противоположностях: суперсовременные технологии — каменный век.
Думалось: топорная работа наших телевизионщиков. Оказалось — емкий образ. Неприглядная правда.
Рассказывая о Беслане, спецназовцы вспоминали: “Подмога к нам летела чуть ли не в трусах” (“Комсомольская правда”, 6—13. 09. 2004). Такими силовики и предстали перед страной и миром — голенькими….
Впечатление было столь ошеломляющим, что телевизионное начальство (или сам Кремль) сочло нужным вмешаться и подкорректировать действительность. Ближе к вечеру в хронику штурма вмонтировали кадры, на которых бронетехника идет неудержимой лавиной. Однако они так не вязались с произошедшим, выпадали из репортажей по стилю и смыслу, что возникало подозрение: это архив, кадры подготовки к параду советских времен.
Да, в эпоху СССР мы по праву гордились победительной мощью. Это чувство пережило и советскую державу, и советскую армию. А все казалось, что этакую силищу не угробить, не порезать на металлолом, как бы ни старались “реформаторы”. Рассудок отказывался считаться даже с постыдным опытом Буденновска и Первомайского. Эти провалы списывали на Ельцина, нелепо вылезавшего на экран и косноязычно бормотавшего о “38-ми снайперах”. Мнилось: если бы не б р е в н о, мы бы им показали…...
