Отоснишься ль когда-нибудь, ждавший, любивший, кормивший,Мой единственный дом, где рассыпало детство следы…Белоствольный простор у просевшей под временем крышиИ щербатый колодец, черпнувший глубинной воды.И толчёный снежок, скорлупой под шагами хрустящий.А скворечня пуста — долговязый качается шест.Только рыжий телёнок, опасливым оком косящий,Из лохматой охапки солому поспешную ест.Большеглазых снежинок бумажную белую стаюНа рождественский клей прикрепили в соседском окне.Возвращаясь в тебя, каждый раз из тебя вырастаю,Старый бабушкин дом. Но по-прежнему чудится мнеНеотчётливый скрип половиц у притихшей кроватки,И притворство прищуренных глаз… А ещё б подглядеть,Как мелькают по толстым шкафам быстроногие пяткиИ фиалковый суп уплетает безухий медведь.А ты помнишь, как жили котята в плетёном лукошке,А как я на запретный чердак пробиралась тайком,А пахучий дымок от печёной в духовке картошки,С крупной солью и хлебом, и белым густым молоком!Что-то ветрено нынче… Хлопочут иссохшие ставни.Детство — яблоко, из повзрослевших упавшее рук.Не оставь же меня, моё млечное воспоминанье —Миг духмяного детства, предутренне-сладкий испуг.* * *<p>«И всё-таки февраль. Подстывшая дорога…»</p>
Маме
Летит под перестук натруженных колёс.То грязным полотном расстелется полого,То зарябит в глаза рубашками берёз.Заждавшаяся дверь в свои объятья примет,Подсуетится стол, посудою звеня.И мама за столом заботливо обниметЗабытой теплотой обмякшую меня.И будет говорить, что пирожки остыли,Что свежий варенец так и не съели мы.И скажет, помолчав, что зиму пережили,И, может, хватит дров до будущей зимы.А престарелый кот свернётся у порогаПомуркивать во сне, пережидать мороз.Но всё-таки февраль. И всё-таки дорогаРазмотанным клубком летит из-под колёс.<p>Алексей Павлов</p><p><emphasis>(22 года, Москва)</emphasis></p><p>НЕ УХОДИ ОДНА…</p><p>«На улице дождь. На холодный асфальт…»</p>
Посвящается Надежде
На улице дождь. На холодный асфальтПадают капельки душ человечьих.Корни подмокли. Зелёная шальКутает ветки подруг моих вечных.Дождик отнюдь не весёлый с утра.Вымочил сердце, ботинки, бандану.И я, пригорюнясь, иду со двора,Вдыхая озон, как марихуану.Дождь. Он впитался в шершавый асфальт.Падают капли, чтоб вдребезг разбиться.Жалко мне их, а себя вот не жаль.Только зачем-то влажнеют ресницы.<p>Ангел и бес</p>
