Нежный прощальный поцелуй. «Я тебе во вторник позвоню, обо всем договоримся». Скрылась за углом, оставив только легкий аромат лаванды.
Перед тем как ехать домой, Юра решил полчасика побродить по городу — привести в порядок мысли.
Вита. Ведьма. Камушками лечит. Обожает по чужим снам разгуливать. Бред какой-то!
Как-то раз давно, еще до армии — Юре довелось столкнуться с одним экстрасенсом. Он что-то плел о чакрах, витальном эго, кармических наслоениях, потом долго и безуспешно пытался Юру загипнотизировать и, наконец, предсказал ему будущее на ближайшие пять лет. Ни один прогноз не сбылся.
Он никогда не принимал этих людей всерьез. А тут, получается…
Удар. Что-то темное, жесткое с силой хлестнуло его по лицу. Ноги обмякли. Ледяной волной накатила мутная, тошная слабость. Сердце заколотилось на бешеных оборотах…
Тьфу ты, всего-навсего не в меру раскидистая ветка. Юра попытался усмехнуться. Но смешок получился вымученный, и слабость не проходила. С трудом преодолев пару десятков метров до ближайшей троллейбусной остановки, совершенно вымотанный, шмякнулся на скамейку. Благо троллейбусы в такой поздний час ходят почти совсем пустые, а дом — рядом с остановкой. Подъем на третий этаж потребовал совсем уже нечеловеческих усилий. Только бы добраться до постели… И спать.
Спать?
Юру вдруг прошиб холодный пот. А если опять… Вита… Он сам не понимал, чего боится. В конце концов, эти сны тянутся уже не первый месяц.
Откуда же этот озноб? Почему зубы выстукивают барабанную дробь, а перед глазами мелькают кадры из какого-то дурацкого фильма ужасов?.. К тому же неожиданно и резко опять заболела шея.
«Тоже мне Фредди Крюгер в юбке», — пробормотал он в пространство. И тут же отключился.
Новенькая металлическая дверь с домофоном. Чистенький подъезд без единой надписи на стенах. Дверной звонок задорно исполняет какую-то латиноамериканскую мелодию.
— Привет, котенок!.. Или… м-м-м… Добрый день… с кем имею честь?..
— Да я это, я! Заходи, хватит дурака валять. А это что? Торт? Ой, спасибо.
Легкое розовое платьице, на шее — тонкая золотая цепочка, волосы на этот раз собраны в тяжелый роскошный хвост.
— Вита сейчас занята. Проходи пока в комнату, посмотришь, как мы тут живем. Это — гостиная.
Ах ты, ах ты! Боже ж ты мой! Гостиная…
Он никак не мог избавиться от противного чувства раздражения и внутренней скованности, в принципе довольно естественных для простого российского студента, впервые попавшего в такие хоромы, но… Юра раньше не подозревал, что и в нем сидит чисто совковое неприятие чужого богатства. Оказывается — сидит, никуда от этого не денешься. Нельзя сказать, что это открытие его обрадовало…
Вообще-то гостиная вполне заслуживала того, чтобы так называться. Огромная (хоть футбольные матчи проводи!) квадратная комната в бело-голубых тонах. Светлые однотонные шторы. Белое ковровое покрытие с причудливыми дымчатыми разводами. На стене — репродукция какого-то японского художника («Это Хокусай, „Девятый вал“. Витка его обожает»). Мебели совсем немного, и от этого комната кажется еще просторнее. Стеклянный столик на колесах, три больших, невероятно мягких кресла с небесно-голубой обивкой, низенькая тумба под телевизор, рядом — отдельные полочки для компакт-дисков, аудио- и видеокассет, непривычно — углом — поставленная стенка. Сплошной модерн — пластик, стекло, никель. Никакой бьющей в глаза роскоши. Напротив — все очень тонко, изящно, со вкусом…
— Дизайнер постарался или сами?
— Какие еще дизайнеры! Конечно, сами все придумали!
— Молодцы, девчонки. Просто класс!
— Правда?! — Глаза подруги засияли, как у первоклассницы, получившей первую заслуженную пятерку. — Знаешь, нам наплевать на моду там, престиж, всякие правила оформления… Сделали так, чтобы самим нравилось. Кстати, все комнаты — в разных стилях. Здесь, сам видишь, обстановка суперсовременная. И на кухне что-то в этом роде. А в моей комнате… Пошли, покажу!..
Чувство неловкости постепенно исчезало. В следующую дверь Юра вошел уже с искренним интересом, без всякого внутреннего сопротивления.
И правда — как будто попадаешь в совершенно другой мир. Юра снисходительно хмыкнул, разглядывая яркие календари с кошечками, собачками и обезьянками, развешанные по стенам, круглые, по-цыплячьему желтые пуфики, розовые бантики на занавесках… Маленький, уютный девчачий рай.
— Ужасно пошло, правда?
— Ну-у-у…
— Да ладно, чего уж там! А мне вот нравится. Решила выпустить на волю мещанскую часть своей сложной многогранной натуры. Хи-хи-хи.
Настроение улучшалось с каждой минутой.
Юра прошел по мягкому пушистому коврику, присел на краешек широкой кровати, покрытой пестрым лоскутным одеялом ручной работы, и подбросил вверх огромного плюшевого зайца. Одним прыжком Лена оказалась рядом, поймала игрушку и с упреком взглянула на Юру.
— Ну что ты делаешь! Совсем Степашку напугал! Не бойся, маленький, дядя Юра хороший. Просто у него очень оригинальная манера знакомиться. Уж я-то знаю!
Юра весело рассмеялся, легонько щелкнул зайца по носу и вышел из комнаты.
