После того дня её ещё много раз спрашивали: "Каково это?", и она могла бы решиться на самый честный ответ из одного слова: "Страшно". Но вместо этого всегда отвечала: "Важно".
Найдя маленькую девочку в спальне, полной дыма, девушка выбралась из дома вместе с ней, едва держась на слабых ногах, когда пожарная машина только-только появилась из-за угла.
Все приветствовали девушку как героя, который спас ребёнка, а счастливая семья ещё долго благодарила её.
Через несколько дней после этого девушка, не сказав никому ни слова, исчезла из города навсегда, продав дом и не взяв с собой ничего, кроме одного рюкзака.
А он… Он ведь был её женихом когда-то. Искал, надеялся на возвращение, боялся до боли в сердце. Звонил, писал, отнёс в полицию несколько заявлений, но так ничего и не добился. Она спрятала свои следы как следует, исчезнув в водовороте времени.
Тот пожар изменил её жизнь навсегда. Заставил понять, чего же именно ей не хватало в жизни.
Огня. В прямом и переносном смысле.
Взглянув на неё, руководитель цирка принял девушку на работу, не раздумывая. Он видел стихию в каждом её слове, в каждом движении, во взгляде и в мимике.
Через год её пальцы привыкли к постоянным ожогам. Привкус бензина во рту больше не вызывал отвращения.
Иногда она выступала на городских праздниках, фестивалях… На арену выходила по несколько раз в неделю, и старые ожоги не успевали заживать.
Но несмотря на все трудности, огонь не был её рутиной. Он стал её счастьем. Призвание. Судьбой.
Однажды утром, придя в манеж на тренировку, она сначала увидела ножи. И шпаги. И кинжалы. И другие острые предметы.
А потом и Святослава. Он вертел в руках одну из шпаг и задумчиво смотрел на лезвие.
Девушка даже не стала спорить по поводу того, что это было её время для репетиций. И что директор цирка не сообщил, что в труппе появится новичок.
Святу нравилось не только глотать шпаги и кинжалы. Его руки, торс – всё было покрыто мелкими шрамами.
Почему-то зрители завороженно смотрели, как он пронзает себя лезвиями. Как кровь капает на песок манежа.
А потом они аплодировали ему и недоумённо переглядывались, будто наваждение спадало.
Сам Святослав смеялся за кулисами.
Девушка завидовала в первые несколько недель, пока не увидела, как он тяжело вздыхает, обматывая руки бинтами.
– Не бойся, – прошептала она Святу, подходя ближе и перехватывая его руку. – Огонь и ножи – наша суть, – он ласково улыбнулся и уверенно кивнул. От его сиплого: "Ты права" у девушки перехватило дыхание.
Когда она знала, что Свят наблюдает из-за кулис, то снова хотела сжечь всё вокруг. Сжечь, потушить и вновь закрыть глаза, слушая аплодисменты и совсем не жалея о том, что закончила свою прошлую жизнь побегом от рутины. Пришла к огню. К Святославу.
Конец.
