Наша сексуальная жизнь стала более спокойна, размеренна, не то что в первое время. Но и нельзя же вечно гореть. В любых отношениях наступает вот такой спокойный период. Все понимаю, но мне что делать? Я больше не могу закрывать глаза на недостаток энергии. Даже Рами жалеет меня и общается по минимуму, урезая себя.
Перед ней стыдно. Она помогла вернуть Кайла, с ее помощью мы ведем научную работу, проводим эксперименты, а я держу ее на голодном пайке. В первый год было все отлично как с энергией, так и с работой. Финансовое обеспечение от марианцев помогло создать на месте прежнего новый научный центр с новейшим оборудованием. Высшие знали свою вину за трагедию, разыгравшуюся на Рае, и выделили компенсацию. К услугам так неожиданно объявившейся Нейлани земное правительство готово было предоставить любого специалиста, лучшего в своей области.
У нас подобралась сильная команда ученых. И результаты двухлетней работы буквально головокружительные. В созданных нами капсулах восстановление пациентов идет в разы быстрее. Наши аппараты способны бороться со злокачественными опухолями, на молекулярном уровне уничтожая их без вреда организму. Теперь мы работаем над тем, чтобы не просто заменять органы искусственными или выращивать необходимое из клетки пациента, а давать самому организму импульс энергии на восстановление нужного органа. Сейчас идут эксперименты с мышами. Правда, есть разница в силе импульса для мыши и человека, но это все потом. Пока бьемся над преобразованием и направлением энергии.
Сложно было и сделать приборы, улавливающие и генерирующие нужный спектр. Их создание стало возможно лишь благодаря Рами. Именно она могла, только просмотрев схемы и расчеты, показать, где закралась ошибка. Это ощутимо экономило время. Книга не давала готовое решение, но подсказывала пути к нему.
Мне пытались подсовывать на рассмотрение военные разработки, но я это сразу пресекла. Аргументировала тем, что, поскольку я врач, мне интересна медицина, а Рамиолинисия ориентируется лишь на мой интерес. Пытались давить, взывать к сознательности, да не вышло. Я и так делаю для своего народа что могу, а не сижу на Мариане.
Рай, кстати, засекретили и закрыли для посторонних. И охрана планеты на высоком уровне, на орбите патрулируют военные крейсеры. Марианцы пообещали все кары небесные, случись что с их Нейлани.
— Можно? — в комнату заглянула моя секретарша Мари. — А я тут чай свой с травками и медом заварила. Будешь?
— Буду, — улыбнулась я. — Заходи, почаевничаем.
Мари меня опекала и отгоняла особенно докучливых посетителей. Это ее племянницу спас вместе со мной Кайл. Но благодарна она почему-то была больше мне.
— Я как знала, что чай не помешает, — сказала она, живо заходя в кабинет с подносом. — На тебе после разговора с этими шишками лица нет. Чего опять хотят?
— Новый больной. Герой.
— Устало выглядишь. Съездили бы вы оба отдохнуть, проветрились. А то даже по выходным вас из Центра не выгнать.
— Скоро. Закончим серию опытов и что-нибудь придумаем. Кайл, когда увлечен, его из лаборатории не вытащить.
— Выходные нужно вместе проводить, а еще лучше — не выбираясь из постели, — наставительно произнесла Мари. — А то скоро забудете, что вы пара.
— Мари! — ахнула я, а она мне лишь подмигнула, расставляя чашки.
Я про себя только вздохнула. Дом Декстарион и в эту сферу вмешался. Мне была передана настоятельная рекомендация не афишировать свою личную жизнь и не выставлять ее напоказ. Напомнили о некоем договоре, о котором мне известно и который уже подписан. Когда я сказала представителю Мариана все, что думаю об этом документе, в подписании которого не участвовала, он ответил, что понимает меня. Его лишь попросили передать, что иначе Дому Декстарион придется принять меры.
Это прозвучало с откровенной угрозой в сторону Кайла, и я решила быть более осторожной и не дразнить гусей. Мы с Кайлом живем в соседних квартирах, между которыми установлена смежная дверь. Свою я использую как гардеробную, и душевой кабиной пользуюсь. Кайл просто любит долго отмокать в ванной, а я больше поклонница душа. Да, замуж я за него не вышла, но это казалось тогда мелочью. Какая разница, если мы и дома вместе, и на работе?
— В последнее время даже на ланч вместе не ходите, — ворчала Мари. — Я его уже не один раз с этой Оливией видела.
— Они работают вместе. Здесь ничего удивительного, — усмехнулась я. Мари чуть больше сорока лет, а ворчит как моя родная бабуля, переживающая за личную жизнь внучки. Та тоже недовольна, что мы затянули с помолвкой, и каждый раз спрашивает, когда же свадьба. Что касается ланча, то не всегда наше свободное время совпадает.
К Оливии у меня не было ни грамма ревности. Откровенно некрасивая и совсем юная, но зато вундеркинд. Ее ученые степени вызывают искреннее восхищение. Профессор Мейсон не смог прилететь по состоянию здоровья и прислал свою лучшую ученицу.
— Как Эми? — спросила про племянницу Мари, меняя тему.
