Рассказ о собаке Жукче из блокадного Ленинграда.
Перед самой войной Максим Андреевич принес откуда-то маленького черного пуделя. Как раз никого не было дома. Щенка он пустил бегать, а сам уехал по делу, но на бумажке написал: «Я достал в подарок всей квартире щенка. Его зовут Жукча». Так он и написал «Жукча» вместо «Жучка».
Когда мы пришли домой, мы очень смеялись над ошибкой Максима Андреевича и решили назвать собаку Жукчей. Я про это пишу потому, что все удивляются и спрашивают, откуда у нашей собаки такое имя. А оно вот откуда.
Жукча был чудный пес. Мы его выучили, чтобы он слушался. Скажешь ему «сидеть», он сидит, скажешь «фу», он бросит кость или палку. А если ему сказать «фасс», то он человека досмерти закусать может. Потом Жукча умел носить в зубах разные вещи, знал нас всех по именам и вообще был самой лучшей собакой на свете. Ничего, что бабушка в нашей квартире говорила, будто Жукча похож на чорта — такой же лохматый и черный.
Когда в Ленинграде наступило голодное время и большинство людей усыпило своих собак, наша квартира во что бы то ни стало решила прокормить Жукчу. Никто из нас не садился есть, чтобы раньше не отрезать хоть крошечный кусочек хлеба для Жукчи или не отлить в его чашку супу. А Жукча все понимал: он был умный. Он понимал, что мы делимся с ним по-товарищески. Жукча ел с нами не только хлеб и суп, он пил сладкую газированную воду с сиропом, ел лепешечки витамина «С» и другую не собачью еду. И Жукча остался жив и здоров и не погиб от голода. Зимой у нас в Ленинграде не было никаких животных. Даже птиц не было. Идешь по улице — ни вороны, ни воробья, ни собаки. Людям скучно было без животных. И вот, когда мы выходили с Жукчей, многие прохожие улыбались и спрашивали: «Можно погладить вашу собаку?» А мы разрешали: «Пожалуйста, гладьте!»
Жукча был нашим лучшим другом. В большие морозы он бегал на завод встречать Максима Андреевича. Наверно, он боялся, как бы Максим Андреевич не упал и не замерз в сугробе. Часто он дежурил в воротах с кем-нибудь из нас и ложился нам на ноги — грел своей теплой шерстью. Даже через валенки чувствовалось тепло. А когда весной стал таять снег, Жукча убегал куда-то есть траву и всегда приносил подарки — то гриб выроет, то принесет пучок травы по своему вкусу.
— Вот, — говорил Максим Андреевич, — собака, а в витаминах разбирается!
Один раз Жукча принес какой-то совсем чудной гриб — шляпка белая, чешуйчатая, а на ножке кольцо. Ну настоящая поганка! Мы так и решили, что наш Жукча попал впросак. Раньше он никогда не притаскивал поганок, точно всю жизнь за грибами ходил. Максим Андреевич даже огорчился, что Жукча сплоховал.
Через несколько дней, глядим, Жукча снова такой же гриб несет. Что такое? Никто из нас такого гриба никогда не видел. Стали мы его так и сяк вертеть — поганка. Понюхали — приятно пахнет.
— Нет, товарищи, — сказал Максим Андреевич, — тут что-то не то. Поганки так вкусно не пахнут. Надо это дело проверить. Может, эти грибы есть можно и Жукча умнее нас с вами.
Максим Андреевич показал Жукчин гриб одному знакомому агроному. А агроном говорит: «Это не поганка, это самый тонкий гриб — шампиньон. Раньше их на самых роскошных обедах подавали. Запах-то какой! Один запах чего стоит!» Максим Андреевич торжествовал: Жукчино доброе имя было спасено. Он даже достал с полки энциклопедический словарь и под словом «шампиньон» нашел точное описание нашего гриба. По-ученому он назывался шампиньон альба, то есть белый шампиньон, с толстой короткой ножкой. И еще там было написано, что шампиньоны очень вкусные грибы.
В воскресенье, когда Максим Андреевич был свободен, он позвал Жукчу и сказал: «Ну, веди меня шампиньоны собирать. Министерская ты голова, профессор!» — и дал ему понюхать гриб.
Они пошли, и Жукча привел Максима Андреевича на Каменный остров. В самый заглохший уголок привел. Максим Андреевич посмотрел — чуть не под каждым деревом шампиньон торчит. Полную корзинку собрал. А Жукча только лаял от удовольствия.
Когда жена Максима Андреевича приготовила грибы, мы все чуть языки не проглотили. И Жукче жареные шампиньоны очень понравились.
— Вот что, — сказал Максим Андреевич: — видно, у нас на Островах много шампиньонов. Надо угостить этими грибами раненых бойцов.
И вот все мы стали ходить на Острова собирать грибы. Когда собрали большую корзинку, отнесли в военный госпиталь на нашей улице. Мы потом узнали, что раненые бойцы с удовольствием ели наши шампиньоны. Петру Петровичу, шефу-повару, мы рассказали про то, как Жукча нашел эти грибы и научил нас есть их. А он все рассказал бойцам, и они вынесли нашему Жукче благодарность.
