Я подошел к нему со сжатым сердцем. Эндрю смотрел вверх, держа соску во рту и выпучив маленькие глазки от слез. Я взял его на руки и прижал к себе.
Они хотели забрать его у нас.
Эндрю издал жалобный звук, и я взял его с собой, пока не сел на диван перед кроватью.
— Привет, чемпион, — поприветствовал я его и позволил ему взять мой палец своей крошечной ручкой. —Ты был таким храбрым, сынок, — сказал я, целуя его в макушки и вдыхая его ароматмладенца.
Эндрю улыбнулся, как будто понял меня. Я прижал его к себе и не мог сдержать слез, катящихся по моим щекам.
Как они могли так поступить с нами?
Брайар… Майкл… Этот сукин сын должен был гнить в тюрьме, я бы позаботился об этом.
Я посмотрел на Ноа, должно быть, это было ужасно для нее, черт возьми, этого никогда не должно было случиться. Стив должен был быть здесь. . я должен был быть здесь.
Я от души поблагодарил его за то, что он установил сигнализацию и что Ноа знала, как ее включить. Если бы я только знал о том, что могло случиться. .
На следующий день, когда все стало более спокойно, Ноа рассказала мне обо всем, что произошло, в красках и с репликами. Я почувствовал, как у меня бешено забилась жилка на шее, потрясенная тем, как развивались события.
Я также почувствовал боль, когда узнал, что Брайар потеряла ребенка, когда была на шестом месяце беременности. Я не знал об этом, если бы я только знал. .
Должно быть, ей было ужасно пройти через это в одиночестве. У нас тоже мог быть сын, и, глядя на Эндрю, я понял, что этот факт причиняет мне такую же или даже большую боль, чем что-либо еще.
Я почувствовал необходимость навестить ее. Майкл мог гнить в тюрьме, но Брайар была больна. Через две недели после случившегося я подошел в центр, куда ее поместили. Она проходила курс лечения от депрессии и биполярного расстройства. Я всегда думал, что у Брайар была проблема, недоступная пониманию любого из нас, кто ее окружал.
Ее жизнь была похожа на мою в том смысле, что она росла одна в окружении нянек, которые ее не любили. Ее родители, казалось, обратили на нее внимание только тогда, когда она вернулась домой беременной, и сделали это исключительно для того, чтобы отвернуться от нее.
Я от всего сердца желал, чтобы она оправилась от того, что перенесла. Но я никогда не прощу ей, что она хотела отнять у меня моего сына.
По прибытии в центр мне сообщили, что ей стало намного лучше. Она принимала лекарства и чувствовала себя намного бодрее. Когда я вошел в ее палату, я обнаружил, что она сидит на кровати и читает книгу. Судя по тому, что мне рассказала Ноа, когда она увидела ее, у нее был потеряный и растрепанный вид. Вид Шиповника перед ней не был ни тем, ни другим.
Она была одета в джинсы и чистую хлопчатобумажную футболку небесно-голубого цвета. Ее короткие волосы были собраны в красивый пучок высоко на голове, а ее прекрасные глаза выжидательно уставились на меня, когда она увидела, как я вхожу.
Они уже сообщили ей о моем визите. Она ждала меня.
— Привет, Николас, — поприветствовала она меня, закрыв книгу и оставив ее на тумбочке.
Я подошел к ней и спросил, могу ли я сесть.
— Я пришел не для того, чтобы отнимать у тебя много времени, — объяснил я, не зная, как выразить свои смешанные чувства. —Я просто хотел сказать тебе, что сожалею о том, что случилось с нашим сыном. Я никогда не знал, что произошло, если бы я знал, я бы поддержал тебя во всем, что бы ты ни решила.
Брайар слушала меня с невозмутимым видом.
— В планы судьбы не входило, чтобы этот ребенок стал частью нашей жизни, — заявила она, и я увидел, как ее глаза увлажнились, — но он был драгоценен. .
Я взял ее руку в свои. Мне было больно от ее слов.
—Мне очень жаль, — сказал я, и это была правда. Я обожал своего ребенка и считал секунды, чтобы вернуться домой к нему и Ноа, но это не убавило того, что мое сердце было разбито тем, что у этого моего сына не было шанса на жизнь.
—Мне жаль, что я сделала, — пожаловалась она, прерывая молчание. —Я не знаю, что случилось со мной. . я. . Майкл… я верила, что он любит меня, понимаешь? Он что-то говорил о Ноа и о тебе … Я подумала. .
— А теперь сосредоточься на том, чтобы прийти в себя, Брайар, — посоветовал я, вставая.
Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Как ты думаешь, смогу ли я когда-нибудь стать такой, как ты? Что однажды у меня появится кто-то, кто будет любить меня так же, как ты любишь Ноа. .?
Я очень тщательно подбирал слова.
— Я думаю, что для каждого из нас найдется подходящий человек, — заявил я, глядя ей в глаза. —Я никогда не думал, что смогу полюбить кого-то так сильно, как я люблю Ноа, ты больше, чем кто-либо другой, знаешь, как я был разбит внутри. Так что да, я думаю, тебя ждут великие дела, Брайар. Однажды ты встанешь, и какой-то человек перевернет твой мир с ног на голову . . тебе просто нужно дождаться своего момента.
Я подошел к двери и остановился, когда она окликнула меня.
— Я назвала его твои именем, — сказала она, обращаясь к моей спине. —Я должна была тебе сказать.
Я глубоко вздохнул и вышел из комнаты.
59. НОА
