Вместе с перерожденными, нас стало сорок восемь — почти равное соотношение. Сыч поторопил события, похитив Ясную Зорьку и Нату. Возможно, просиди он еще месяц в своих скалах, и Сова нашел бы гораздо больше сторонников. Но я бы предпочел принять помощь одного Лешего, чем надеяться на таких, как тот же Кабан… Половина его отряда шла с нами, только сам вожак остался в поселке, так и не решившись пойти вместе с теми, кого привел. И это уже были другие люди. Видевшие ужасную гибель близких, в первые дни, пережившие страшные месяцы без солнца и терзаемые муками голода — они больше не боялись никого и ничего. Те, кто оставался после землетрясения в шахтах, не могли многого понять в нашем изменившемся мире — и так же не смогли понять того, что им будут противостоять те самые «серые», кого они всю свою прошлую жизнь унижали и грабили, насиловали и убивали. Из бессловесных овец они превратились в воинов, способных в одиночку выходить на новых — и зачастую, куда более опасных! — хищников, чем те, которые скрывались в ущелье Клана.
Перед Предгорьем нам еще раз пришлось заночевать — на этот раз я выставил охрану, справедливо полагая, что надеяться только на авось, не стоит. И еще два дня мы упорно взбирались в холмы и каменистые насыпи, все ближе приближаясь к логову банды. С момента похищения и до того, как я устало выпрямился перед Белой птицей, прошло несколько дней. Достаточно, чтобы Бич успел доставить свою добычу в Клан…
…Сова встретил нас там, где обещал, с ним появилась и Ульдэ. Он вышел навстречу из-за кустов мрачный, суровый и совершенно неузнаваемый. Из верхней одежды на индейце остались только штаны. Все тело его было расписано черными и красными линиями, на лице — маска из волчьей шкуры и приделанных к ней клыков. Шедшие вслед за мной, Стопарь и Леший, даже отшатнулись, настолько пугающе выглядела раскраска индейца.
Он держал в руках оружие, которого я раньше никогда не видел. Это была палица с узкой и крепкой рукоятью у начала, и расширявшаяся от середины. Она имела плоскую грань, обожженную на огне — ею вполне можно было снести голову, как топором. На изгибе находился искусно вставленный клинок, из кости, очень широкий у основания и резко суживающийся к концу, достигавший примерно пятнадцати сантиметров в длину.
Сова заметил мой взгляд.
— Это — боевая палица моего народа. Сова не брал ее с собой на войну, но спрятал недалеко от Клана, когда следил за передвижениями бандитов. Мы стремились раньше поражать врага на расстоянии, теперь индеец хочет разить их в упор — собственной рукой! Она испила крови сегодня утром…
Я увидел, что на поясе индейца висит свежий скальп — клок черных волос…
— Что это?
— Скальп врага. У шамана накопилось много знаков доблести за эти месяцы. Сова убил его, когда он вышел из ущелья по своим делам. Никто из Клана больше не появлялся — все они находятся в своем убежище.
— А… наши?
Сова сумрачно кивнул:
— Девушек доставили вчера вечером.
— Ты уверен?
— Сова следил за ними всю дорогу, Дар. Они соединились с другим отрядом — тот, кто остался в лесу, не солгал. Сова не мог сразиться со всеми. Он шел почти след в след за врагами, но был вынужден, остановится здесь. Не мы одни знаем, как важна эта скала для тех, кто прячется в ущелье. Те, что вошли в логово зверя, не покидали его больше. За исключением этого… — он указал рукой на скальп.
— Они не видели?
— Нет. Никто не знает о том, что я здесь. Лес пуст — все враги находятся в Клане. Те, кто похитил девушек, должны сейчас отдыхать. Индеец едва не наступил последнему на пятки, он видел, как последний из «синих» входит меж воротами их крепости. Сыч самоуверен и полностью убежден в том, что мы не станем переходить им дорогу. В их стане праздник — Сова слышал крики радости! Но им недолго осталось праздновать победу — мои глаза видят, сколько воинов удалось привести моему брату с собой!
Я свел брови в раздумье — банда так уверена в своих силах, что не только не боялась возмездия, но и оказалась столь беспечна, что не оставила в лесу заслона, или, хотя бы, своих разведчиков.
— Значит, они не ждут. Хорошо…
— Не ждут. Но Сыч, по-прежнему хитер и никому не доверяет. Он выслал несколько охранников к проходу, и мне пришлось уйти из ущелья. Иначе бы мой брат сам попал в засаду!
— Спасибо.
— Мой брат уже решил, как будет вести бой? Бандиты могут попытаться уйти верхним путем, через камни, в горы. Пусть воины отрежут дорогу тем, кто попытается убежать!
— Прежде нам самим надо подумать о том, как подойти к Клану…
Я подозвал к себе Чера и Лешего.
