— Оки-доки, — кивнула я. Кстати, это я сказала сразу же после слов Дживаса, так что вряд ли они заметят, что у меня на душе не просто кошки скребут, а когтеточку вывесили, обильно валерьянкой смазав и запустив стаю диких котов. — Тогда завтра я пойду гулять одна. И не спорьте.
— Не пойдешь! — возмутилась Юля. — Я с тобой пойду!
— Зай, мне тебя будет сложно защитить, — нахмурилась я. — Так что давай не…
— Тогда с тобой пойдет Бейонд! — перебила меня подруга. — И не спорь!
— С дуба рухнула? — возмутилась я. — Я твоего парня не подставлю! И потом, если он там будет — он, мастер кен-до! — с нами помощнички Ионова не справятся. А нам ведь надо, чтобы они меня «запугали», и я, вся такая «в трансе», приползла домой и ломанулась к телефону с воплями: «Душа моя, Лёшик-свет-Ионович, спаси меня от нечистой силы, в твоих друганов вселившейся!» Так что давай не будем Бёздея приплетать: это чревато провалом плана.
— Ну… — Юле эта затея явно не нравилась, но она не могла ничего поделать. А потому, тряхнув копной алых волос, вяло согласилась, не забыв выдвинуть условия: — Ладно, сама будешь с ними разбираться, но Бейонд пойдет за тобой, и я тоже, чтобы вмешаться, если что! Поняла?
— Ладно, ладно, — сдалась я, подняв лапки. — Только не светитесь.
— Мы тебе что, лампочки флуоресцентные? — хмыкнула Юленция. Молодец она, хвалю! Сразу вникает в суть дела.
— Не, вы носители фосфора — тьму жизни моей развеиваете, — усмехнулась я, и мы с подругой смачно шлепнули ладонью о ладонь друг друга. Грелля мне улыбнулась, вот только смотрела она на меня как-то странно — с грустью… Я же решила выпроводить всех этих деятелей и возвестила: — Народ, раз мы все решили, топайте баиньки. Мы с Юликом чайком желудки заполним и тоже по кроваткам. «Старуха сказала: спать!»
Мне никто не ответил, да в общем-то и не шелохнулся, и мы с Греллей пошлепали пить чай. Стоило лишь мне поджечь газ на плите, Юля вцепилась мне в локоть и прошипела:
— Ты с ума сошла? А если тебя убьют?
— А не пофиг? — вяло спросила я, пустым взглядом глядя в пол. С Юлькой можно не притворяться и не натягивать на лицо улыбку: она «своя в доску» и понимает, что у меня под маской, без слов. Прямо чтец мыслей…
— Ох… Ты из-за этого полосатого идиота расстроилась, да? — грустно спросила Грелля, сменив гнев на милость со скоростью света.
— Ну, и из-за него тоже, — пожала плечами я.
— Думаешь, он должен был, как и я, протестовать? — нахмурилась моя подруга.
— Не совсем, — поморщилась я, усевшись на диван под окном. Юля приземлилась рядом, и я тихонько сказала: — Понимаешь, я бы все равно решение не изменила. Но совсем недавно он мне сказал, что если бы его любимой предложили ввязаться в опасную авантюру, он бы постарался этому помешать. А тут он только «за».
— Думаешь, он тебя не любит? — нахмурилась Юля. — А зачем тогда весь этот цирк?
— Он по натуре человек добрый, мог подумать: «Месяц? Ну, всего лишь месяц можно потерпеть ее, чтоб не грустила, слезы не лила и всем настроение не портила». Да и вообще, вот тебя ВВ поцеловал? — Юлька кивнула. — А он даже в щеку меня чмафнуть попытку не предпринял. Да и не это главное. Понимаешь, он вообще старается как можно реже бывать рядом со мной, все время убегает… Зря я тогда дала волю эмоциям. Как мне когда-то сказали: «Когда свет превращается во тьму — в сто раз страшнее, чем если мрак окружает с самого начала».
Юля испуганно вцепилась в мою руку и прошептала одними губами:
— Не вспоминай!..
— Мне опять снятся те кошмары, — нехотя выдавила я.
— Гадство, — пробормотала Грелля. — Мы только избавились от них… Зачем эти долбанные шинигами притащили сюда этих жмуриков?!
— И не поспоришь, — тяжко вздохнула я. — Ладно, Юль, ты-то как после встречи с Кирой?
Нет, вы не подумайте, я не пытаюсь от неприятной темы уйти, я просто слегка корректирую русло разговора, чтобы беседа потекла в менее опасном направлении: мало ли у кого из гениев слишком длинные уши, равно пропорциональные длине носа, который они вечно суют не в свое дело?
— Да ничего, что удивительно, — пожала плечами Юлька, правильно меня поняв. — Я думала, будет хуже: расстроюсь, возмущаться начну… Ан нет — я на него злюсь, конечно, но мысль убить его, расчленить и прямо у морга прикопать меня не посетила. Мне как-то начхать на него было, разве что возникло желание выяснить хоть какую-то информацию. Ну и злилась я, конечно.
— Это хорошо, — улыбнулась я и налила нам чай.
Через десять минут Юля пошлепала к себе, а я, выпнув из спальни вяло сопротивлявшегося Ниара (мафия к тому времени уже учесала к себе в опочивальню), рухнула на койку и, завернувшись в одеяло, провалилась в сон, не соизволив одарить Рюзаки прощанием. Обойдется, хмырь болотный. «Отдавай мои игрушки и не писай в мой горшок», как говорится…
====== 31) Поход в магазин и явление злодея ======
— Знаешь, говорят, вода очищает. А ты хотела бы очиститься?
— Отстань…
— Ну почему же? Вода — это прекрасно! Когда она наполняет легкие, в глазах появляется ни с чем не сравнимый ужас… Знаешь, как приятно смотреть на это?
— Оставь меня уже!
