Или вотъ еще другой примръ излишества. Согласiе въ семейств — конечно вещь рдкая и драгоцнная; взаимная горячая привязанность между членами большого семейства — явленiе истинно-умилительное. Но посмотрите, чт`o можетъ выйти изъ этого умилительнаго явленiя. Мы знаемъ напримръ одно семейство, состоящее изъ нсколькихъ братьевъ и сестеръ, съ ихъ чадами; все эти братья и сестры любятъ другъ друга до того, что родственная любовь переходитъ у нихъ въ какое-то обожанiе, въ ослпляющую страсть. Будьте вы въ самыхъ короткихъ отношенiяхъ съ семействомъ и попробуйте въ присутствiи одного изъ членовъ замтить какой-нибудь недостатокъ другого члена, или слегка подтрунить надъ нимъ; сдлайте это по сущей справедливости и въ видахъ чистаго доброжелательства — все равно: вы уже рискнули сдлаться человкомъ непрiятнымъ для всего семейства. Если же вы обнаружите въ себ подобное поползновенiе замчать недостатки въ другой и въ третiй разъ — кончено! вы длаетесь врагомъ семейства, можетъ-быть даже предметомъ ненависти всхъ его членовъ. Не говорите потомъ о вашей благости, о вашемъ доброжелательств и благихъ побужденiяхъ: о благости думать не будутъ, ея и въ расчетъ не примутъ; къ вамъ будутъ чувствовать антипатiю безотчетную; въ каждой вашей улыбк будутъ видть насмшку, въ каждомъ взгляд — намренiе осудить, въ каждомъ жест — оскорбительное презрнiе, и вы не будете знать, куда дваться съ вашими улыбками, взглядами и жестами; опустите руку, потупьте глаза, приведите вашу физiономiю въ самое безобидное и безгршное положенiе, и со смиренiемъ ожидайте, когда утихнетъ волненiе крови въ жилахъ членовъ почтеннаго семейства… Между тмъ мы говоримъ о семейств достойномъ во многихъ отношенiяхъ, о людяхъ съ свтлымъ умомъ и живыми сердечными движенiями. Чт`o же это такое? Это тоже родъ болзненной обидчивости за близкихъ сердцу людей.
На вс эти размышленiя и на воспоминанiе о любящемъ семейств навелъ насъ г. С. Дружиновъ, чт'o изъ Нижняго-Новгорода, сильно обидвшiйся за одного духовно-родственнаго ему человка, и вслдствiе того вознегодовавшiй на г. Н. Иванисова 2-го, чт'o изъ Звенигорода, который, г. Иванисовъ, оскорбилъ будто бы память того человка своимъ недостойнымъ воспоминанiемъ. Дло идетъ о Блинскомъ, который, какъ извстно, былъ родомъ изъ пензенской губернiи, откуда, какъ оказывается, происходитъ и проживающiй нын въ Звенигород г. Иванисовъ. Г. Иванисовъ написалъ и помстилъ въ "Московскихъ Вдомостяхъ" небольшое, не занявшее и одного столбца воспоминаньице о Блинскомъ, относящееся къ дтству какъ Блинскаго, такъ безъ сомннiя и самого г. Иванисова. Это-то воспоминаньице и возмутило г. Дружинова, который въ "Спб. Вдомостяхъ" восклицаетъ: "Скажите ради Бога, чт'o это такое? Балаганная шутка, имющая цлiю бросить кусочекъ грязи въ дорогое для каждаго порядочнаго человка имя, — или просто звенигородская
Испуганные этими восклицанiями за дорогую память Блинскаго, мы устремились, по указанiю г. Дружинова, въ 135 No "Московскихъ Вдомостей", прочли тамъ крошечную статейку г. Иванисова и изумились, отчего она не произвела на насъ никакого возмущающаго дйствiя. Вотъ что заключается въ этой статейк:
Что такъ какъ родъ Блинскаго происходитъ изъ села
Что въ Пенз Блинскiй жилъ въ большой бдности; зимой ходилъ въ нагольномъ тулуп; на квартир жилъ въ самой дурной части города, вмст съ семинаристами; мебель имъ замняли квасные боченки. "Но (замчаетъ г. Иванисовъ)
