Наши границы полностью

Через минуту я заняла место на диване и посмотрела на людей перед собой. Сейчас мир будто перевернулся с ног на голову. Всё кажется иным: незнакомым, чужим, покрытым тайнами. Хотя, что я говорю, это ведь жизнь Грейс Мелтон, и для неё жить в мире лжи и тайн вполне естественное явление. Смотря на пар, который развеивался в воздухе из кружки с чаем, я пыталась подобрать слова или какой-то вопрос, но ничего не приходило в голову. Я боюсь открыть рот и вывалить потоки сарказма, как обычно это делаю и за которым обычно скрываю саму себя. Идея присутствия Алана или Диего рядом отнюдь не кажется такой бредовой, как за дверью.

– Грейс, – тихо вздохнула Скарлет… или бабушка, я ещё не определилась, как называть этих людей, – это не наше решение.

– Какое решение? – нахмурилась я.

– Быть вдали… не видеть тебя или Иви. Когда ты только родилась… Твой отец…

– Мой отец чёртов ублюдок, – вырвалось у меня, из-за чего Этан и Скарлет тут же свели брови на переносице, задержав дыхание, словно я сказала что-то новое или невообразимое, – да, мой отец предводитель ублюдков. Хотите доказать обратное?

Смотря на меня, новоиспеченные родственники не стали отрицать, а я быстро улыбнулась без малейшего намёка на радость.

– Я не буду расхваливать его или мать. Они способны вырастить выродка, но не человека. Можете ненавидеть меня, но я лишь констатирую факты и говорю правду. Вы не знаете, как я жила, с кем я жила, и как меня растили.

– Грейс, мы ведь смотрели твои фото, – тихо выдохнула Скарлет, – и ты очень…

– Очень какая? Искусственная? Идеальная? Неземная?

– Счастливая, – нелепо пожав тонкими плечами, она коротко и криво улыбнулась, пока Этан не решался вступить в диалог, смотря на меня, как на чокнутую.

– Счастливая? – повысив тон, я ошарашено посмотрела на парочку перед собой и сделала нервный глоток чая, чтобы обжечь язык из-за рвущейся брани, – посмотрите на меня и скажите, насколько я счастлива?

Обе пары глаз заскользили по мне в поисках ответов, которых просто напросто нет, и никогда не было. Что ж, я могу податься в голливуд, если собственные бабушка и дедушка не видят во мне настоящего. Подскочив с дивана, я приложила ладонь ко лбу, бродя взад-вперёд. Я оказалась совершенно не подготовленной к диалогу с ними, и в какой-то момент мне жутко захотелось уйти, но уже поздно, я тут и попытка номер два будет точно такой же, я в этом уверена.

– Грейс, ты должна понимать, что твою маму никто не держал, она сама хотела такую жизнь. Ей нравилась роскошь, стиль, светские мероприятия, известность, – аккуратно начала Скарлет, – мы не способны удержать её. Твой отец и твоя мать, они… прости, но они подходят друг другу. Как бы больно не было, и мы не желали это признавать, она выбрала иной путь. Тот, что связывает с образом жизни твоего отца, тот, что нравится ей.

– А Вы, – шипя, я указала на Этана, который продолжал молча слушать нас, словно ему наплевать, – я считала Вас старым больным извращенцем!

– Это было необходимо, – словно отточив данную фразу, без всякой эмоциональности, заявил Этан, в то время как я ожидала крик или ярость. Я же буквально ввалилась в их дом без приглашения и предупреждения. Неужели при Скарлет он будет играть милого супруга, ни разу, не повысившего голос на другого. Под другим, сейчас я имею в виду недавно уволенную секретаршу.

Где твои манеры, Грейси? – злобно смеялась капля характера, доставшаяся от отца.

– Всё? – сухо обратившись к Этану, я испепеляла его взглядом. То же самое делала Скарлет, явно не совсем понимая супруга в его холодности сейчас. Но мне жаль ей говорить, ведь он на самом деле черствый и холодный.

– Да.

– Вы похожи на моего отца. Я хочу уйти отсюда.

Вложив в слова всё отвращение, я выпрямилась, и уже было сделала шаг, как Этан вскочил за мной и сипло зарычал:

– Не смей меня сравнивать с твоим отцом!

– Или что? – фыркнула я, окинув его насмешливым взглядом, – пожалуйтесь моему папочке? Меня отчислят? Вышлют прямым рейсом в Лондон? Господи, я в этом дерьме выживаю восемнадцать лет, думаете, что не выживу ещё?

На самом деле, я отчаянно врала. Я с содроганием думаю о возвращении. Разряды тока парализуют тело, пока по венам с кровью распознается ядовитый ужас, поднимающий каждый волосок на теле. Я знаю, что при желании отец найдёт меня и под землёй, но он ошибается, если думает, что я предпочту его общество на сутки. Я лучше буду скитаться по баракам со шлюхами, чем проживу с ним.

Этан смотрел на меня, кажется, ещё немного, и капилляры в его глазах лопнут, ударив волной крови в разные стороны. Жизнь научила меня тому, что показывать трусость и слабость в подобные минуты нельзя, поэтому, вздёрнув подбородок, я ещё раз окинула его взглядом. В эту секунду мы бросали друг другу вызов, и я решила продолжить первой.

– Думаете, мне есть какое-то дело до победы Принстона? Думаете, ставить условия разумней, чем поговорить? Я не буду овощем, который Вы так желаете во мне увидеть, – прошипела я, ткнув пальцем прямо в его грудь, – я плевала на каждого, потому что каждый плевал на меня!