— Он по-прежнему в Харренхолле. Его захватил в плен Джаспер Крол, присяжный рыцарь на службе лорда Серрета, одного из знаменосцев Утеса. Он оказался жадным и затребовал выкуп в размере пятисот драконов, — пояснил Домерик. — С деньгами я уже отправил Орвика Лайтфута. Мы с Русе рассчитываем, что через недельку-другую увидим Торрхена.
— Да уж, сумма не малая, а времена нынче непростые. А что лорд Карстарк? Почему он не платит за собственного сына?
— Да тут разницы нет, что я заплачу, что лорд Кархолда, — признался Домерик. — Просто я все сделаю быстрее, ведь мы с Русе почти сразу узнали, что Торрхен выжил и находится в плену. Ему нет смысла проводить лишние дни в темнице. Я заплатил. Со временем лорд Рикард долг вернет.
— Очень великодушно, — серьезно заметил Мандерли. — Такие поступки красят истинного рыцаря.
— Спасибо, сир.
— Пустяки, — благодушно отозвался толстяк. Сир Вилис поправил заколку на плаще в виде серебряного трезубца с изумрудом, еще раз одобрительно кивнул и пошевелился в седле. Конь недовольно всхрапнул и присел на задние ноги. Домерик его мельком пожалел — возить такого внушительного седока было не так-то просто. — Ваша щедрость под стать вашей отваге. За эти месяцы вы многого достигли, сир Домерик, и ваше имя на слуху. Многие превозносят Красного Клинка и считают, что вы второй по силе из тех, кто со временем заменит нас, стариков, — Мандерли хохотнул. — Сдается мне, Север перейдет в надежные руки.
— А кто же первый? — спросил Рик, хотя и сам знал ответ.
— Король Робб снискал неувядающую славу, — серьезно ответил рыцарь. — Его деяния войдут в историю. Молодой Волк показал всем ярость Севера!
— Так и есть, — с неохотой признал Болтон. Говорить такое было не очень-то приятно, но против правды не попрешь. Робб Старк, надо отдать ему должное, действовал крайне умело и бесстрашно. И за это время достиг удивительно многого. Он выиграл битву в Шепчущем лесу и пленил Цареубийцу. Правда, тот даже проиграв, так просто сдаваться не собирался и успел зарубить немало северян. В их число вошли Дарин Хорнвуд и Эддард Карстарк.
Домерику было искренне жаль здоровяка, хотя он и не приходился ему другом. И лорда Рикарда было жаль — он уже лишился двух сыновей, а самый младший продолжал оставаться в плену. Интересно, сам-то Торрхен узнал о смерти братьев? А Алис, до которой уже наверняка дошли вести, как все это пережила и что она чувствовала? Домерик думал о таких вещах и сочувствовал другу и его сестре.
А еще Робб Старк выиграл Лагерную битву, снял осаду с Риверрана и освободил из плена своего дядю, лорда Эдмара Талли. И он стал королем. Чуть более чем за месяц Робб Старк и его люди изменили ход войны и теперь уже северяне стали думать, что выигрывают. Он вселил в них уверенность. Да, он прославился.
Домерик с горечью подумал, что сильно отстал в этой своеобразной скачке. Ему досталось совсем иное — поиск обессилевших, больных, раненых, различных дезертиров и прочих проходимцев, которых бросила отступающая армия. И хотя за это время он выиграл несколько мелких стычек, они и близко не шли в сравнение с деяниями Старка.
— Ничего, не унывай, и на твою долю славы хватит, — сир Вилис потрепал его по плечу и его жест выглядел так естественно, что сам Болтон не имел ничего против. — Начинаешь ты хорошо. И с Красными Клинками получилось достойно.
— Надеюсь! — Домерик, находясь в Браавосе и Пентосе, немало слышал про легендарные наемнические отряды — Младшие Сыновья, Сыны Ветра и, конечно же, Золотые Клинки. Если его Красным Клинкам удастся завоевать хоть толику их известности и славы, он будет счастлив.
— Моя доченька тебе больше не писала?
— После Рва Кейлин? — там сир Вилис передал ему письмо от Вины. Хорошее было письмо, и он на него ответил. Совсем недавно Вина через Близнецы прислала еще одно — небольшое и куда откровенней. «
— Вина — она такая, смелая и умная, — одобрительная улыбка появилась на лице толстяка. Он сразу же спохватился, наверняка подумав о чести дочери. — И верная. Да и целомудренная. Она станет тебе хорошей женой, уж можешь мне поверить, Рик. И с детками все сложится замечательно. У девиц рода Мандерли никогда не возникало трудностей с зачатием и родами, — он говорил откровенно, как обычно говорят между собой хорошо ладящие мужчины. Уже по одному этому Домерик судил, что даже сейчас сир Вилис относится к нему чуть ли не как к сыну. Правда, такое отношение сулило не только пользу, но и возможные неприятности. Если помолвка не состоится, то сир Вилис наверняка посчитает себя оскорбленным.
Авангард двигался неспешно. Все эти дни Домерик проводил с сиром Мандерли, любившим поговорить о своих дочках, о силе и богатстве Белой Гавани.
