— Конечно, синьор, — милый женский голос отозвался на том конце, — из каких цветов вы хотите букет?
Сейчас в голове были только одни цветы. И это были не розы. С тех пор, как он увидел их на столике у Оливии в номере при переезде, они стали самыми ненавистными ему.
— Что вы можете предложить кроме роз?
— Извините, сеньор, а по какому поводу цветы? Я могла бы вам посоветовать скомпоновать несколько видов цветов.
Почему так сложно? Неужели нельзя просто взять и сделать? Какая разница какой повод? Цветы от повода красивее не станут.
— Помолвка. Но я не жених, — он усмехнулся, — я друг и коллега.
— Отличный повод для цветов. Я могу предложить вам альстромерию, лизиантус и пионы — это очень нежное сочетание цветов.
Даниэлю показалось, что у него закружилась голова от этих названий. Кажется, теперь он догадался, почему большинство мужчин дарят розы. Это проще: «Мне красные розы», «Мне розовые розы», «Мне белые розы». Фантазия напрягается только с выбором цвета. Розы — банальность и простота. Теперь он понимал Оливию. Она их не любила.
— Я ничего не понял из сказанного вами, но, если вы считаете, что это сочетание слов в букете будет выглядеть красиво, я согласен. Эта триада мне нужна через пару часов в ночном клубе.
— Я обещаю вам самый красивый букет, сеньор. На чье имя записать заказ?
Он продиктовал свое имя и номер комнаты, радуясь, что быстро отделался от неизвестных названий цветов, которые он не видел в глаза.
Быстро приняв душ, Даниэль вновь предстал перед выбором— что одеть. Есть ли разница пойдет он в повседневной одежде или при форме? Конечно Дженнет была бы рада, если ее поздравит капитан с погонами— мужчина в галстуке и белоснежной рубашке с четырьмя золотыми лычками на погонах. Вопрос решился сам собой. Это было проще чем с цветами.
Одевшись, он вновь приколол золотым зажимом галстук к рубашке— привычка пилота, от которой он не избавится никогда.
Он спустился вниз в бар, где Марк уже ждал его, сидя за стойкой. Проходя через зал, капитан увидел танцующих Мирем, Джуана и Нину. Музыка опьяняла даже без алкоголя, а повод для праздника создавал массу веселья. Он обвел всех присутствующих взглядом, улыбаясь Дженнет, но не увидел ту, которая взорвала бы его спокойствие. Оливии не было и пока его это радовало.
Даниэль сел к Марку, заказывая эспрессо.
— Жаль, что крепче кофе нам не выпить, — произнес Марк, смотря на танцующих людей.
— Ты уже узнал свой летный график? — Теперь в голове возникла яркая надпись «отпуск». Завтра по прилету в Дубай, он будет свободен для жизни.
— Да, послезавтра летим в Амстердам. Нет времени на отдых. Какие планы у тебя на ближайший месяц?
Тяжелый вопрос для человека, живущего в небе, которому придется целый месяц провести на земле:
— Поеду в Аликанте, навещу мать и сестер, — Даниэль усмехнулся, — и племянников. Буду делать себе праздник каждый день, пить испанское вино и наслаждаться обществом красивых женщин. Других планов у меня нет.
— Будешь кутить с красивыми женщинами, — засмеялся Марк, но тут же осекся, — слушай, тут я такое услышал, — он, опустив взгляд на чашку с кофе и пальцами начал теребить ложку, лежащую рядом. Если бы это была Оливия, Даниэль тут же отреагировал на это.
— Что? — Он взял в руки свою чашку, сделав глоток кофе из нее, наслаждаясь его вкусом. Но почему-то он показался безвкусным.
— Ходят сплетни, что ты- гей.
Чашка выпала из рук Даниэля, разлетаясь на осколки, обрызгав его и Марка эспрессо. Он был так ошарашен, что вскочил со своего места, пытаясь вытереть с белоснежной рубашки темные пятна, которые слились в одно большое темное пятно его карьеры в "Arabia Airline":
— Кто сказал тебе эту мерзость? — Прорычал Даниэль.
— Дюпре. Ты не бери в голову, — Марк попытался успокоить друга, но зная, что у него ничего не получится, — наши — то знают, что это не так. В памяти еще свежа блондинка с собачкой. И брюнетка с карими глазами. И рыжая с зелеными. И вообще, если перечислять всех твоих бывших, не хватит вечера.
— Другие не знают, — вновь грубый голос, — откуда Дюпре это взял?
— Кажется, ему сказала об этом его стюардесса.
Все становилось на свои места. Даниэль выпрямился, перестав стирать с белоснежной рубашки грязь:
— Кажется, я догадываюсь от куда дует ветер.
Он быстрым шагом направился к выходу, проходя мимо Дженнет. Черт, он забыл про цветы и вернувшись, кинул Марку несколько слов:
— Принесут цветы, подари их Дженнет.
Марк привстал со стула, пытаясь сказать что — то, но капитан уже исчез в темноте.
Подойдя к стойке регистрации, Даниэль просто навалился на нее, пугая девушку:
— Номер Оливии Паркер! Быстро!
Она смотрела на него широко открытыми глазами, губами хватая воздух. Он страшен в гневе, Даниэль это знал, поэтому смягчил командный тон:
— Пожалуйста, скажите номер комнаты моей стюардессы Оливии Паркер.
Девушка тут же кивнула, осознавая вопрос и стала водить пальцем в журнале регистрации, буквально уткнувшись в него носом:
— 201.