— Я думаю, у тебя два выхода, — произнес Марк и Даниэль не сразу понял о чем он, — первое: переспать со стюардессой Дюпре, которая пустила слушок и второе: жениться.
Даниэль нахмурился:
— На стюардессе Дюпре?
— Не важно на ком. Хоть на блондинке с собачкой. Только так ты можешь опровергнуть слух.
Интересно, Марк долго думал над своими планами?
— Ты говорил, что в Аликанте есть девушка, которая ждет тебя очень давно, — Марк взглянул на своего капитана.
— Десять лет, — ответил тот, — мне жениться на ней?
— Возвратись женатым, Даниэль и слух умрет.
— Переспать со стюардессой Дюпре выглядит не так ужасно и не на всю жизнь.
— Зато женитьба закроет вопрос о твоей сексуальной ориентации на всю жизнь.
Только сейчас Даниэль понял, что Марк переживает больше него. Эта сплетня вылетела из его головы, как только его губы прикоснулись к губам Оливии. Сейчас он вновь испытал голод. Но уже другого характера.
Оливия зашла в ресторан, видя на столике, за котором сидели стюардессы, красивый букет цветов, поразивший ее своей неординарностью:
— Доброе утро, девушки, — произнесла она и устремила свой взгляд на Дженнет. Она совсем забыла про ее помолвку, начиная врать на ходу, — прости, что пропустила праздник, но у меня так разболелась голова, что я уснула.
Дженнет улыбнулась:
— Вы с Даниэлем сговорились?
После этих слов Оливия нахмурилась:
— У него тоже болела голова?
— И он тоже спал, — засмеялась Нина и Оливия улыбнулась. Надо было придумать что-нибудь не такое банальное.
— Дженнет, — Оливия указала на цветы, — у тебя появился поклонник? Цветы потрясающие.
— Это Даниэль подарил. Сегодня он такой внимательный, что даже поцеловал меня.
— Просто удивительно, — прошептала Оливия, не веря ушам. Сегодня он внимательный. Дарит цветы и целует каждого. — Так хочу есть, пойду наберу себе море еды.
Она направилась в центр к столу с едой, беря на ходу тарелку. Самую большую, которая там находилась.
Даниэль увидел ее и встал со своего места, кивнув Марку:
— Пойду наконец поем.
Он подошел к Оливии тихо, пугая ее своим шепотом:
— Ты нашла?
Ну конечно его интересовала золотая вещь, которая находилась у нее в кармане блузки. Девушка обернулась, взглядом окидывая людей, убеждаясь, что на них никто не смотрит и вытащила зажим, одним движением прижимая галстук Даниэля к рубашке:
— Цветы очень красивые. Мило с твоей стороны.
— Не розы, — произнес он, беря тарелку и думая, что положить в нее. Хотелось все и сразу.
— Не думала, что ты знаток цветов, — Оливия положила себе на тарелку омлет и взяла оливки, кладя их рядом с омлетом.
— А я и не знаток, — он взял одну оливку из ее тарелки и положил себе в рот, девушка тут же убрала от него тарелку, вспоминая полет из Гамбурга. Он любил оливки, а теперь есть их доставляло ему наивысшее удовольствие.
Недовольно он обратился к повару, стоящему рядом со столом:
— У вас есть мясо?
— Да, синьор, — кивнул тот, и Даниэль передал ему свою тарелку:
— Мне самый большой кусок. А паэлья есть?
— Есть ризотто.
— Давайте все.
Оливия улыбнулась, подходя к кофе— машине и нажала кнопку для приготовления эспрессо. Потом еще раз и еще. Три порции наполнили ее чашку. Раз он ест оливки, представляя ее, она будет пить литрами кофе, представляя его.
— Что ты делаешь? — Даниэль следил за девушкой, шокированный стольким количеством кофе.
— Пытаюсь взбодрить себя, — она повернулась к нему, встречаясь с его взглядом того самого кофе, которое налила себе в чашку, — всего хорошего, капитан.
Через час Оливия ходила по салону самолета, пытаясь не думать о своей самой безумной ошибки. Но это плохо получалось. Имя Даниэля на этом борту было всюду. Даже запах кофе, которое она предлагала пассажирам, заставлял не дышать. Она старалась не думать о прошедшей ночи, монотонно выполняя свою работу.
Шасси оторвались от полосы и на связь вышел диспетчер:
— "Arabia Airline", у вас все в порядке с двигателями? Вы только что перемололи птицу в фарш.
Два пилота уставились на дисплей параметров двигателей:
— Марк, ты что — нибудь заметил?
— Нет, все как обычно. На дисплее ничего предупреждающего нет.
Сейчас только этого Даниэлю не хватало:
— Это "Arabia Airline", — произнес он диспетчеру, — наши двигатели в порядке. Откуда у вас информация по поводу фарша?
— После вас на полосе остался кровавый след. Вы будете прерывать полет?
— Наш двигатель горел? С какой стороны остался след?
Даниэль не отрываясь смотрел на дисплей параметров двигателей, а в голове не укладывалось— почему птице надо было попасть к ним именно сегодня?
— Огня не видел. Сторона правая.
Марк смотрел на капитана, ожидая приказа снижаться, но Даниэль отдал другой приказ:
— Поднимаемся дальше. Мы не будем прерывать полет.
— Ты уверен? — Спросил Марк, — птица могла повредить лопасти. Или фарш забился в зазор между концами лопаток компрессора и неподвижным статором.
— Датчик вибрации и датчик температуры подают сигнал?
— Нет.
— Тогда летим дальше.
Впервые за несколько лет, их мнения разошлись. Но Марк обязан был слушать своего капитана и подчиняться его решению не прерывать полет.
— Это может произойти в любой момент, — произнес неуверенно Марк.