У каждого человека – свои ожидания от жизни. Главная героиня романа «Наши ожидания» Кира Кузьмина мечтала работать в крупном издательстве, а вместо этого оказалась на должности корректора провинциальной газеты. После того как из газеты уходит опытный сотрудник Семен Смородинов, Кира получает возможность проявить себя в качестве журналиста. Выполняя различные поручения главного редактора, она постепенно узнает, чем наполнена жизнь ее земляков, а также знакомится с прокурором Дмитрием Гординым и главным врачом Андреем Москвиным, отношения с которыми у нее будут складываться довольно непросто. Сбудутся ли главные ожидания Киры? Об этом читатель узнает, прочитав роман.
Кира проснулась незадолго до того, как зазвенел будильник. Ровно в семь он дал о себе знать тихим дребезжаньем, однако Кира не поспешила выключить этот неумолимый счетчик времени. Наоборот, она натянула на голову одеяло и сделала вид, что не слышит нарастающую трескотню будильника. Полежав так некоторое время, Кира все же приняла решение встать с кровати и для начала осторожно выглянула из-под одеяла, но тут же снова спрятала лицо в спасительное тепло. Будильник, потеряв терпение, заходился в конвульсиях, грозя свалиться с прикроватной тумбочки на пол. «Что же все-таки перевесит: мои нервы или холод? – подумала Кира. – Теперь-то я уверена, что пытка холодом не менее ужасна, чем пытка голодом».
У Киры имелись все основания для столь кощунственных мыслей: хотя за окном стоял конец мая, в ее комнате было очень холодно. Так же холодно было и во всей квартире (впрочем, не только в той, в которой вместе с мамой и бабушкой проживала Кира), потому что пятнадцатого мая в девять часов утра из отопительной системы города Болотинска была изгнана вся горячая вода, а после обеда неожиданно выпал снег и существенно похолодало. Снег вскоре растаял, но холод никуда не ушел. По прогнозам синоптиков, он, то есть холод, решил задержаться в Болотинске, а также во всей области до середины июня. В общем, ждать тепла было неоткуда, к тому же отопительный сезон был завершен строго по графику, с незапамятных времен утвержденному где-то и кем-то на самом верху, поэтому во всех домах и учреждениях с раннего утра и до поздней ночи работали обогревательные приборы самых всевозможных конструкций, какие только смогли отыскаться в сараях и кладовках жителей, отчего городская энергосеть была постоянно перегружена. Однако, несмотря на мучительный холод, охвативший город, болотинцам нужно было каждый день ходить на работу. В том числе и Кире.
Кира вытянула из-под одеяла правую руку, ощупью нашла будильник, к тому времени окончательно пришедший в неистовство, и выключила его, а затем так же, на ощупь, отыскала теплый махровый халат, лежавший на стуле. Халат, конечно же, только назывался теплым, на самом деле за прошедшую ночь он стал невероятно холодным, но Кира, скинув с себя одеяло, быстро прыгнула в тапочки, набросила халат на пижаму и помчалась в ванную комнату. Там она включила горячую воду и встала под душ, мысленно благодаря родителей за то, что много лет назад они установили бойлер, чтобы тем самым компенсировать отсутствие горячей воды в летнюю пору, ибо в Болотинске в означенный сезон горячей воды никогда не было.
Выйдя из ванной комнаты, Кира направилась в кухню. Там уже было относительно тепло благодаря кухонной плите, на которой Кирина мама, Лидия Алексеевна, готовила завтрак.
– Ну и как нынче погодка? – спросила Кира, поцеловав маму.
– Ночью снег выпал, – ответила Лидия Алексеевна. – Уже третий раз за эту неделю. Неужели тепло так никогда и не наступит? Куда ни зайдешь, везде обогреватели работают. И как люди только это терпят?
– Да нас каждый день звонками достают и письмами заваливают, как будто мы не редакция газеты, а сам Господь бог, – сказала Кира, выглядывая в окно. Двор и крыши близлежащих домов были покрыты тонким слоем снега. – Галатрея Марковна не раз звонила и в администрацию, и руководству коммунальной службы, а там один ответ: потерпите немного, тепло уже на подходе.
В ответ Лидия Алексеевна удивленно покачала головой:
– Неужели, зная о холодах, нельзя было продлить отопительный сезон?
– Как же, они продлят, – усмехнулась Кира. – Все кочегары в котельных уволены и будут приняты на работу только пятнадцатого сентября, то есть тогда, когда начнется новый отопительный сезон. Если только мы все к этому времени окончательно не вымерзнем, как мамонты.
Сквозь шум закипающего чайника Кира вдруг расслышала глухие удары, раздававшиеся за стеной.
– Что это? – удивленно спросила она, выключив чайник.
– Может быть, Зимины вещи собирают? – предположила Лидия Алексеевна, тоже услышав стук. – Кажется, они собирались переехать на дачу. Тамара Павловна вчера сказала, что у них в дачном домике есть печка.
Едва Лидия Алексеевна договорила, как послышался такой грохот, как будто за стенкой уронили шкаф.
– Или им буржуйку принесли, – выдвинула новую версию Лидия Алексеевна. – Николай Иванович как-то говорил, что его брат очень хорошие буржуйки для гаражей делает, а в последнее время от заказчиков просто отбою нет. У нас на почте главный бухгалтер тоже себе буржуйку заказала. У нее сын в этом году и так всю зиму проболел, а на прошлой неделе снова кашлять начал. Так она боится, как бы дело до воспаления легких не дошло. И дойдет, если тепла не будет. Я хорошо помню, как ты заболела, когда тебе пять лет было. Правда, это зимой случилось.
– Это когда в центральной котельной все котлы полетели и нас паровоз отапливал? – улыбнулась Кира.
