– Знаешь, тут могут быть животные, которые так ровно отгрызают деревья.
– Бобры?
– У нас они иначе называются.
– Все может быть, - согласился Удалов, но про себя лишь усмехнулся: «Знаем мы этих бобров с циркулярной пилой».
Включили Искатель Разума. И он тут же защелкал так, словно находился в московском магазине ГУМ.
– Может, это из-за нас? - сказал Гнец с надеждой. - Шлемы испортились?
– Нет. Пойдем посмотрим.
Но в каком бы направлении они ни двигались, щелканье, жужжание и мигание аппарата было совершенно невыносимым. Разум просто кишел вокруг.
– Ничего не понимаю, - сказал Гнец-18.
– А я полагаю, что здесь разумные комары, - ответил Удалов, шлепнув себя ладонью по шее.
– Такое маленькое тело, - серьезно заметил Гнец-18, - не может поддерживать в себе разум.
– Может, они невидимые?
– Ты веришь в чудеса?
– Скорее нет.
– И я тоже нет. Невидимость противоречит законам природы. Все, что мы с тобой, Корнелий, видели и слышали за последние дни, имеет научное объяснение. Но невидимость - это жалкая выдумка фантастов.
Удалов был вынужден согласиться.
И тут раздался строгий голос:
– Невидимость - не выдумка. Каждый хороший солдат обязан быть невидимым для противника. Попрошу поднять руки. Вы в плену.
– Ну вот, - сказал Удалов. - Второй раз за неделю.
Пенек откинулся, и из-под него вылез солдат с ружьем. Кусты поднялись из земли, и в их корнях обнаружились солдаты с пулеметом. Стволы деревьев распахнулись, словно дверцы шкафов, и из них вышли офицеры и генералы.
Путешественники были вынуждены сдаться в плен.
Их привели в штаб, умело спрятанный под большим муравейником. Единственное неудобство заключалось в том, что муравьи часто падали сверху и больно кусались.
– Вернее всего, вы шпионы, хотя для шпионов вы вели себя очень неосмотрительно, - сказал полковник, который вел допрос.
Чины у них были, конечно, другие, но Удалов для удобства поделил их по числу и величине крестиков на погонах.
– Мы не шпионы, - возразил Удалов. - Мы совершенно штатские лица.
– Это еще не аргумент, - сказал молодой лейтенант в маскхалате. - Ни один шпион сразу не признается в своих преступлениях.
– Молчать! - рявкнул полковник. - Кто ведет допрос?
– Слушаюсь, ваше превосходительство! - Лейтенант присел на корточки и превратился в болотную кочку.
– Теперь обратимся к вам. Что вы предпочитаете - смерть на виселице, расстрел или вечное заключение в тюрьме?
– Как вам сказать? - ответил Удалов. - Вечное заключение мы уже испытали. Это очень неприятно. Так что лучше всего расстрел.
– Почему? - удивился полковник. - Вы не хотите жить?
– Хотим, - задумчиво сказал Удалов. - Я передумал. Мы выбираем виселицу.
– Объяснитесь, шпион, - потребовал полковник.
– Я надеюсь, что у вас плохие веревки, - сказал Удалов. - И они оборвутся.
– Приготовить тройные веревки, - приказал полковник. - Я сам лично проверю. Я сначала повешу на ней того сержанта, который на прошлой неделе чихнул на посту.
– Знаешь, - сказал Удалов Гнецу-18, - это явно несвободная планета.
– Что? - спросил полковник.
– Я сказал, что планета ваша несвободная.
– Так ты не только шпион, но и клеветник? У нас совершенно свободная планета.
– Если она и на самом деле свободная, - сказал Гнец-18, - то для нас это просто находка.
– Почему?
– А потому, что нам очень нужна свободная планета. Мы уже вторую неделю ищем такую. У нас есть два миллиарда людей, которых негде разместить.
– А где они сейчас живут? - спросил полковник.
– Сейчас они заморожены.
И Гнец-18 чистосердечно поведал полковнику о своих затруднениях. Удалову эта исповедь не понравилась. Он не доверял полковнику. Корнелий с самого начала понял, что под словом «свободная» Гнец и полковник имеют в виду совсем разные вещи. Но перебивать товарища он не стал, хотя и решил уже, что не позволит везти сюда замороженных. Неладно здесь.
– Так, - сказал полковник, выслушав рассказ Гнеца. - В этом что-то есть. Подумаем. Сейчас вас отведут в камеру, а я пока проведу совещание.
По подземному коридору их провели в замаскированную тюрьму. Все это находилось в замечательно замаскированном городе, который ни за что не увидишь сверху. По замаскированным улицам ходили строем дети в военной форме, старушки в военной форме и девушки в полувоенной форме. Все при этом тщательно маскировались, изображая из себя кусты, деревья, камни и прочие неодушевленные предметы.
В камере, замаскированной в дупле старого дерева, путешественники пробыли недолго. Вскоре их снова отвели в штаб, где, кроме полковника, их уже ждали восемь генералов, кренившиеся под грузом галунов и позументов.
– Покажите документы, - приказал генерал-фельдмаршал.
Удалов показал свой паспорт, а Гнец-18 - свое поисковое удостоверение, но так как генералы не умели читать ни по-русски, ни на языке Гнеца, они только повертели документы в руках, сверили фотографии с их владельцами и сделали вид, что удовлетворены.
– Если вы не врете, - сказал генерал-фельдмаршал, - вам нужна планета, на которой ваши замороженные соотечественники могли бы приобщиться к настоящей свободе. Что же, мы согласны их приобщить.
