– Бел Амор уже хрипел. - Неблагодарные твари! Делал для них все, что мог, - а я все мог! - но вот устал, удалился на покой… Являются! Шум, гром, уравнения, оцепление, проверка документов! Лезут в Божий храм, а ноги вытерли?! Устроили тут всенародную стройку… Бога, понимаешь, нашли! Если уж нашли, то нет, чтобы спросить: что тебе, Боже, нужно? Нет! Собрались
Бога замуровать! А может, я не хочу?!
От этого крика души Стабилизатор опять очнулся и прочел из омута:
Прогресс номер 3,14
Когда я влез
На плотину
[Новую плотину гравитальной
энергостанции над Гольфстримом], Последняя стайка бесов
Улетала в собес
Журавлиным
Клином, Но
Мимо:
"Приема нету".
Что делать?
Понюхали замок и разбрелись по свету
Кто по дрова, кто в лес.
Таким вот образом канул в лету
Последний во Вселенной
Послушав эту басню, Тот, Кто Сидел В Омуте, немного успокоился и с тоской сказал:
– Курить охота.
– Дай ему закурить, - прошептал Шеф Охраны Среды.
Адъютант дрожащими руками набил портсигар сигаретами и метнул его
Тому, Кто Сидел В Омуте.
– Благодарствую, - ответил Тот голосом Бел Амора и тут же обругал себя за это лакейское "благодарствую". Если уж взялся вещать от имени
Бога, то не суетись, не ори, не кланяйся униженно, а будь на высоте - на тебя вся Вселенная смотрит.
– Короче, так… - продолжал Бел Амор, чувствуя, что в этой критической ситуации надолго умолкать нельзя, а нужно продолжать щелкать портсигаром, создавать звон, пускать дым и говорить Бог знает о чем… все что Бог на душу положит, лишь бы это было о Боге: у Бога имен много и, если что не так, то потом можно будет сказать, что имел в виду совсем другое.
А Стабилизатор молодец, хорошо подыграл и отвлек внимание… Жив курилка! Вдвоем и врать веселее…
Бел Амор божественным жестом стряхнул пепел в омут. Теперь за дело.
– Короче, так, - повторил Бел Амор. - Уравнения - оно, конечно… Но вот послушал-послушал я вас, граждане, и вижу, что вы устроили какую-то грандиозную деятельность вокруг пустого места, а зачем - сами толком не знаете. Бога ищете? Зачем он вам? Или он у вас в дефиците? Ваша методика, в общем, верная: лучшие умы предыдущих Вселенных предлагали проверять на присутствие Бога именно такие подозрительные объекты, где кипит какая-то непонятная возня вокруг пустого места. Хотя и этот способ богоискательства совсем не прост - во Вселенной так много суеты, пустоты и дураков, что все проверить невозможно. Я не собирался тут выступать ни с докладом, ни в прениях, но вижу, что вы уже добрались до Неприкаянной Идеи двойной пустоты, а это уже скорее горячо, чем тепло - хотя, в принципе, Мое существование можно доказать безо всяких уравнений путем обычной логики. В самом деле, во все времена каждое новое поколение начинает с пылом искать
Меня, несмотря на убеждение офонарелых церковников, что Бог есть, потому что они себе Его выдумали; не глядя на толпы равнодушных обывателей, которым начхать на всю Вселенную с высокой колокольни, и невзирая на перегибы прямых, как шпалы, воинствующих атеистов, которые однажды решили, что Бога нет, ведь от него не дождешься реальной пользы для народного хозяйства, и потому обтягивают Божьи храмы колючей проволокой и превращают их в овощные склады. Но ни те, ни другие, ни третьи никак не могут понять, что поиски Бога есть диалектика не разума, но души! А что есть душа?…
Бел Амор осекся, поняв, что задавать риторические вопросы типа "Что есть душа?" не следует, потому что немедленно услышит ответ: "Именно это мы и хотели бы у вас узнать!" Правда, у членов правительственной комиссии хватило вкуса не перебивать Бога язвительными замечаниями, но все же вся
Вселенная ожидала ответа на вопрос:
"ЧТО ЕСТЬ ДУША?"
А в самом деле: что есть душа?
Бел Амор сбился с мысли, открыл портсигар, послушал звон и размял новую сигаретку.
Он забыл то, что хотел сказать… Тот, Кто Сидел В Омуте, покинул Бел
Амора.
Но на помощь ему опять пришел Стабилизатор. Он прошептал из консервного облака:
Если мы
Назовем то, Что делает душа, То получим определение
Души.
Тот, Кто Сидел В Омуте, вернулся. Бел Амор вспомнил, что хотел сказать. Он в душе сказал Стабилизатору: "Благодарствую!" и продолжал:
– О любой части тела можно сказать, что она делает то-то и то-то.
