Оргазм Джона был прекрасен, и Шерлок почувствовал гордость, когда тот сжался и задрожал вокруг него, выкрикивая его имя. Его ритм сбился, но Уотсон пробормотал что-то ободряющее. Альфа вошел глубже и, несмотря на рану и боль, Шерлок наклонился, ложась грудью на спину Джона и обхватив его торс руками, кончая с громким криком. Они застыли на мгновение, липкие и задыхающиеся, но волнительное чувство в груди напомнило, что они только начали. Он снова начал двигаться, нежнее, но чаще, и Джон взмолился, чтобы он не останавливался. И вновь Холмс отдал должное запутанным и удивительным законам биологии, потому что тело Омеги могло его полностью принять.
Вжимаясь глубже, Шерлок ощутил, как узел на основании его члена набухает внутри Джона, сцепляя их, немного странно и непривычно, но очень, очень правильно. Он почувствовал, как выплескивается внутрь, снова и снова, и прижал своего возлюбленного сильнее, чтобы вместе пережить этот момент.
Легкие выдохи Джона, звучащие как Ох, вторили его собственным, и только когда Джон заговорил: «Да, ты, я тоже тебя люблю, навсегда», осознал, что все это время нашептывал собственные признания вспотевшей спине парня.
оОо
В первый раз Джон проснулся до рассвета, Шерлок еще спал. Он тихо пробрался в примыкающую ванную комнату, умылся и перенес несколько больших мягких полотенец на тумбочку у кровати. Во второе пробуждение сквозь просвет в шторах брезжил утренний свет. Они лежали, прижавшись друг к другу, словно ложки в буфете, и рука Шерлока надежно охватывала грудь парня. Желудок Джона отреагировал на пробуждение громким бурчанием, и Шерлок тихонько захихикал ему в затылок, рисуя пальцами круги на его пустом животе.
– Я попросил кое-кого принести нам корзинку с провизией, – сказал он, целуя его волосы.
– Разве ты вставал?
– Так же, как и ты, ненадолго – только умылся и проверил швы, которые, кстати, не разошлись, так что не думай, что ты легко отделался.
– Ммм, это обещание? – промурлыкал Джон, подаваясь назад. – Тогда давай перекусим, и ты сдержишь слово.
оОо
В течение следующих нескольких дней Джон был очень благодарен прислуге, снабжавшей их корзинами и подносами с едой через равные промежутки времени. Когда всепоглощающее желание ослабевало, они валялись на кровати, на кушетке или просто на полу, кормя друг друга лакомствами и запивая их водой или вином. Пока они нежились в просторной фарфоровой ванне, им обновили постельное белье. И в первый раз в жизни Джон понял, что значит «медовый месяц». Он ясно ощущал, как укрепляются их Узы во время разговоров, поцелуев, и уж точно во время совокуплений.
Шерлок был хорош в постели, и к концу течки они оба чувствовали себя выжатыми как лимон. Но только после ее окончания они выразили желание покинуть гостеприимную спальню и вернуться в большой мир.
оОо
Джон стоял перед зеркалом и пытался пригладить торчащие во все стороны волосы – наверное, впервые за неделю. На нем была уже его собственная одежда, привезенная из деревни. Шерлок, уже одетый – безупречно, подумалось Джону – сидел боком в кресле, длинные ноги свисали с подлокотника. Он уже приказал приготовить машину. Уотсон собирался навестить матушку: он был уверен, что она очень рада за него, и надеялся также увидеть Билла, порасспрашивать о том, как продвигается его роман с Дэвидом Диммоком.
– Я уверен, Майкрофт уже об этом позаботился, – вдруг сказал Шерлок. – Он поищет для нее помощников или домик для комфортного проживания, если она пожелает, конечно.
Он сидел, соединив пальцы под подбородком, и старался казаться задумчивым и отстраненным, но голос его подвел.
– Шерлок, все в порядке, – успокоил Джон. Он пересек комнату и сжал плечи Альфы. – Мы уже планировали мой переезд, когда я присоединился к Медицинскому корпусу Омег, ну, знаешь, перед несчастным случаем на ферме.
– Ты мне это до конца жизни будешь вспоминать?
– Может, и нет. Неважно, насколько ты умен, нужно всегда помнить, что каждый способен на ошибку.
– Я был не в форме! – запротестовал тот и повернул голову, чтобы шутливо прикусить своему Омеге ладонь. – С ножевым ранением и шишкой на голове!
– Хочешь сказать, ты не отвечал за свои слова и поступки?
Шерлок развернулся, протянул свои длинные конечности и сгреб Джона себе на колени.
– Ни за что!
– Хорошо, – Джон поцеловал его в лоб.
– Стало быть, ты уверен.
– Абсолютно. А теперь расскажи, где ты там живешь в Лондоне? – парень встал и потянул Холмса за собой.
– Бейкер-стрит, – бормотал Шерлок между поцелуями, подталкивая их к двери. – Квартира 221-Б, милейшая домовладелица, рядом парк и очаровательное кафе…
– Звучит замечательно.
– Так и есть, – согласился Шерлок.
И так и было.
