Валери рано легла спать и встала, когда первые лучи солнца осветили крыши домов. Вид из окна был изумительным. Сразу после завтрака Валери отправилась в Уффици и провела там весь день. Вечером, гуляя по городу, она вспомнила о галерее Саверио. Валери достала визитку и посмотрела адрес. Название улицы ни о чем ей не говорило, и она обратилась к полицейскому. Тот, помогая себе жестами, объяснил, куда идти. Вскоре, завернув за угол, Валери оказалась перед большим красивым зданием, в окнах которого стояли картины и скульптуры. Она заглянула в одно из них и вздрогнула от неожиданности, увидев Саверио. Владелец галереи оживленно разговаривал с молодой женщиной, указывая ей на одну из картин. Валери не решалась войти, но в итоге любопытство победило, и она открыла дверь. Саверио обернулся, и его удивление сменилось широкой улыбкой.
– Синьора Лоутон, добро пожаловать во Флоренцию… brava! – Он обрадовался ей, как старой знакомой и представил своей собеседнице. Ею оказалась дочь Саверио – Грациелла. Она отлично знала английский, и между ними сразу завязался разговор. Через несколько минут Грациелла ушла к себе в кабинет, а Саверио с Валери продолжили общаться.
– Когда вы прибыть в город? – спросил он, тепло улыбаясь.
– Вчера. И я сама доехала из Рима на машине, – с гордостью заявила миссис Лоутон.
– Brava! – опять восхитился Саверио.
– Сегодня я весь день провела в Уффици, – продолжила Валери.
– Я там вырос, – понимающе кивнул синьор Сальваторе.
– Ваши родители имели отношение к искусству? – спросила Валерии, надеясь, что Саверио ее поймет.
Он понял, но покачал головой:
– Нет, мой отец быть доктор, а мама – медсестра. Отец очень злой, когда я любил искусство. Но я не иметь талант, поэтому продаю искусство другие люди. – Саверио рассмеялся. – Отец решить, я сумасшедший. Но я не хочу доктор. Он злиться очень сильно.
– Мой отец тоже не хотел, чтобы я стала художницей. – Теперь Валери знала, что ее настоящий отец на самом деле отлично рисовал, но ей было сложно это объяснить.
– Вы должны показать мне картины, – с интересом сказал Саверио.
– О нет, – скромно возразила Валери. В окне галереи она увидела скульптуру одного известного автора, который ей очень нравился. Как казалось миссис Лоутон, по сравнению с его работами ее произведения были слабыми.
– Вы ужинать с нами, да? – предложил Саверио.
Валери на мгновение растерялась, но ответила согласием. Вечер у нее был свободный, а Саверио, несмотря на их взаимные проблемы с языком, был интересным собеседником. К тому же разделял ее любовь к искусству.
Узнав, в каком отеле остановилась миссис Лоутон, он пообещал забрать ее в полдевятого.
Валери вышла из галереи окрыленной. Ей нравилось встречать новых людей, общаться с ними – это и было для нее настоящим приключением.
Она понятия не имела, в каком месте состоится ужин, и поэтому не знала, что надеть. В итоге остановилась на простой черной юбке, белой кружевной блузке и сандалиях на каблуке. Волосы Валери распустила, а из украшений выбрала маленькие бриллиантовые серьги, которые Лоуренс подарил ей на двадцатилетие свадьбы. Захватив шаль, на случай похолодания, Валери спустилась в холл отеля. Саверио подъехал ко входу на красном «феррари». В отлично скроенном блейзере, синей рубашке и белых брюках он выглядел очень модно. Копна седых волос выгодно оттеняла смуглую кожу.
Посадив даму в машину, Саверио сел за руль, нажал на газ и помчался вперед, лавируя между другими машинами. Валери почувствовала себя как на гонках. Она посмотрела на Саверио и рассмеялась. Ей было немного страшно от такой скорости, но это выглядело очень по-итальянски. Двигатель ревел, и она громко, с улыбкой произнесла:
– Я будто вновь помолодела.
– А вы и так молоды, – откликнулся синьор Сальваторе. – Наш возраст – мы делать, что хотим, и мы так молоды, как хотим. – А потом добавил: – Вы похожи ваша мать.
Загорелся красный, Саверио остановился и пристально посмотрел на миссис Лоутон.
– Хотела бы я, чтобы это было правдой, – печально ответила Валери, – но, боюсь, вы ошибаетесь. Я больше похожа на отца. – Она поняла это, когда Уолтер показал ей фотографии своего брата. Но у нее с мамой было одинаковое выражение лица, глаз, и Саверио сразу это заметил.
– Тогда ваш отец – красивый мужчина, – сказал Саверио.
Валери с улыбкой приняла комплимент, и когда загорелся зеленый, автомобиль с ревом помчался дальше. Саверио был типичным итальянцем – очаровательным сердцеедом, и ему это шло. Рядом с ним Валери чувствовала себя настоящей женщиной.
В ресторане их уже ждали дочь Саверио и ее супруг, Арно. Они оказались интересной парой. Валери знала, что Грациелла управляет галереей Саверио во Флоренции, а ее муж работал на местной телестанции продюсером. У них была дочка, Изабелла, которой исполнилось два года. Саверио с нескрываемым восторгом показал на телефоне фото внучки в пышной юбочке, с копной светлых кудряшек и озорной улыбкой.
– У вас есть внуки? – спросил Саверио, и она покачала головой.
– Филипп еще не женат. – Валери думала, что это все объясняет, но, похоже, ошиблась.
