Наследие души полностью

– Ты хочешь попробовать? Ты уверяла, что игра в аквариуме – это мошенничество, а теперь хочешь, чтобы тебе погадали?

Тиа выглядела немного смущенной, но кивнула.

– Ну да, вроде того. Я имею в виду, это может быть забавно, просто посмотреть, сбудется ли что-нибудь. Похоже, она довольно хороша в своем деле.

– Сомневаюсь, что она сказала нечто такое, о чем не могла бы просто догадаться, – проворчала я.

– Как ты объяснишь, что она знала о моем парне? – спросила Габби.

– Ну, начать с того, что ты носишь кладдахское кольцо[20] с сердцем, обращенным внутрь. Как всем известно, это означает, что у тебя есть парень, – объяснила я, указывая на ее руку. «И посмотри на себя со стороны», – мысленно добавила я.

Габби скрестила руки на груди, пряча кольцо.

– Ладно. А как насчет решения Пейдж учиться здесь?

Я фыркнула.

– Габби, мы все в последнюю минуту приняли такое решение! Так происходит выбор колледжа!

– Но она не…

– Расслабься, Габби! – остановила ее Тиа. – Это просто аттракцион для развлечения… ведь мы за этим сюда пришли? – Она повернулась ко мне. – Ради забавы, не более того. Какая разница, по-настоящему это или нет? Тебе не обязательно участвовать, просто зайди со мной!

Я закатила глаза.

– Хорошо-хорошо. Только не ругай меня, если я начну безудержно смеяться посреди твоего сеанса.

Мы вошли в шатер вместе. Тиа ступила первой, увлекая меня за собой. В полутемном помещении за освещенным свечами столом в одиночестве сидела женщина.

Я едва удержалась, чтобы снова не закатить глаза. Мадам Рабински выглядела в точности так, как ее нарисовало бы мое стереотипное представление. Наряд, смутно напоминающий цыганский: длинная красная юбка с оборками и блузка в крестьянском стиле. Темные волосы, раскиданные по плечам, темные глаза на лице с резкими чертами. Выглядела она лет на сорок, хотя из-за тусклого освещения трудно было сказать наверняка. Она подняла руку в знак приветствия; зазвенели серебряные браслеты на запястьях. Пальцы ее были унизаны массивными старыми кольцами. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не развернуться и не уйти.

– Здравствуйте, девочки. Хотите погадать на картах Таро? – спросила она, указывая на стулья.

– И откуда только она узнала? – драматично прошептала я, когда мы устроились на стульях.

Тиа сильно толкнула меня локтем в бок, а затем дружелюбно улыбнулась мадам Рабински.

– Да, хотели бы. Ну, я бы хотела, а она здесь только для того чтобы посмотреть.

– Как и рыбка, – добавила я, водружая аквариум на стол.

Мадам Рабински устремила на меня пронзительный взгляд.

– Неверующая?

– Нет, что вы, рыбка Блестка твердо верит в оккультизм, – ответила я с невозмутимым видом.

Цыганка прищурилась, глядя на меня.

– Пять долларов, верно? – поспешно произнесла Тиа.

– Да, моя дорогая. – Мадам Рабински протянула к ней сверкающую руку.

Тиа опустила деньги в ее ладонь. Мадам Рабински все еще не сводила с меня глаз, неприязненно прищуренных. Она достала из маленькой синей бархатной сумочки очень старую колоду карт Таро и аккуратно разложила их на столе.

– Как тебя зовут, моя дорогая?

– Тиа Везга.

Мадам Рабински тряхнула головой, словно пытаясь прийти в себя, и ее взгляд метнулся ко мне, прежде чем она снова спросила:

– Прошу прощения, как тебя зовут?

Тиа повторила свое имя уже медленнее.

– А день твоего рождения, Тиа? – продолжила мадам Рабински.

– Двадцать седьмое июня.

– Что ж, очень хорошо, Тиа. Не могла бы ты три раза перетасовать колоду, а затем разделить ее на стопки, пожалуйста? – попросила мадам Рабински, подталкивая колоду потрепанных карт через стол к Тиа.

Мадам Рабински, казалось, не могла сосредоточиться на том, что делала Тиа, поскольку по-прежнему смотрела на меня. И то и дело встряхивала головой, будто ее беспокоил какой-то звук. Я заерзала под ее пристальным взглядом. Какого черта она на меня пялится? Я вела себя прилично… в основном.

Тиа сняла карты и выжидающе посмотрела на гадалку. Мадам Рабински оторвала от меня взгляд и дрожащими руками принялась раскладывать карты. Она выложила на стол всего четыре карты, когда внезапно остановилась, уставившись на то, что увидела. Она опять собрала карты и быстро перетасовала их, прежде чем раскладывать заново. Было слишком темно, чтобы я могла разглядеть картинки.

– Это невозможно, – пробормотала она, снова собирая карты.

– Простите? – нахмурившись, спросила Тиа.

У мадам Рабински так сильно тряслись руки, что она уронила оставшиеся карты на пол. А в следующий момент поднесла ладони к лицу, как будто пыталась прикрыть глаза от яркого света.

– Прости, но твоей подруге придется сейчас же уйти, – прошептала она, почти полностью сомкнув веки.

– Что? – хором произнесли мы с Тиа.

– Ты! Ты! – закричала женщина, указывая на меня. – Тебе нужно уйти!

– Что? Почему?

– Да, она же ничего не сделала!

– Твоя энергия… я просто не могу сосредоточиться… столько голосов одновременно! – Она смотрела на меня с выражением неописуемого ужаса на лице. – Твоя энергия подавляет меня! Извини, но ты должна немедленно покинуть шатер.

– Ладно, мы уходим, – отрезала Тиа, хватая меня за локоть.