- Выше Величество, - сказал эльф прямо с порога, минуя все правила приличия. – Дарлан направился в главный зал!
- Что ему там надо?
- Я не знаю, возможно, он сам пытается выяснить, что произошло.
Король быстро вышел из библиотеки, а за ним вышел Себиан и Алавир. Они прошли к главному залу, не замечая вопросов солдат, где уже собралась охрана, но она не могла прорваться из-за стоявших у входа магов. Придворных в замке уже не было, их попросил удалиться сам король после разговора со стражами. Именно он пожелал, чтобы все, что произойдет, никто не знал. Теперь в замке остались только самые преданные солдаты Себиана, готовые выполнить любой приказ и молчать о нем до конца своей жизни.
- Где мой сын? – спросил разъяренно король.
- Он внутри, Ваше Высочество, - ответил один из стражей. – Вы можете сами зайти и убедиться, что с ним все в порядке.
Алавир, не дожидаясь решения отца, распахнул двери и вошел вовнутрь. Магистры ходили по залу, а один из них разговаривал с Дарланом. Он отвлекся от разговора и поклонился Его Величеству и наследнику, подходя к ним.
- Мы же просили вас, - сказал магистр, - дождитесь господина Эдуарда Фомитье. До нас дошли сведения, что пока здесь опасно находиться. Прошу вас, не следует рисковать своей жизнью, кто-то может оказаться вашим врагом.
Король был зол, но только молча направился к выходу, сопровождаемый своим верным слугой – Себианом.
- Это все из-за того, что ты не смог выполнить простое поручение!- произнес правитель, двигаясь быстро, уверенно и почти дойдя до центра зала. Он сказал это тихо, и никто из тех, кто находился рядом, не понял его слов. Лишь один эльф, смог расслышать и понять все. Он весь, каждая его частица кричала о несправедливости, о том, что отец не способен сам что-то сделать и во всех своих ошибках винит других. Он предал все, что отличало его народ от людей. И даже сейчас, он не радовался сыну, а винил других в том, что тот не умер. Это было последней каплей, которая разрушила его спокойствие, так хранимое и поддерживаемое весь путь. Он ехал в Сидар только с одной целью, и этой целью была месть. Здесь он из последних сил пытался сдержать себя, но теперь видел, что только его брат в этом доме долгожданный гость, он же – всего лишь возможность сохранить власть, которую так и не удалось спасти.
Все произошло слишком быстро. Никто ничего не ожидал и не был готов к тому, что огромный столб воды, с невероятной силой возникнет из ниоткуда и кинет так и не дошедшего до выхода правителя к ногам наследника. Вокруг послышались крики, начали приближаться магические шары, почувствовался свист ветра, пол под ногами задрожал, но Алавир с легкостью мешал всему до него добраться, его силу теперь питала ненависть к своей семье и к себе, горечь и дикая обида, раздирающая душу. Послышался крик Хелены возле двери, который на секунду отвлек его, этого было достаточно, чтобы что-то острое зацепило спину и разорвало кожу в клочья. Отец лежал прямо у ног и не мог пошевелиться.
- Прости, - еле слышно произнес он.
- Я прощаю, - ответил Алавир, видя перед собой лицо только своего правителя. Никто не заметил, как окровавленная рука наследника схватила небольшой стилет, тот самый, который он сумел отнять у человека Себиана в подвале Академии. Стилет блеснул от яркого света свечи и с легкостью вонзился в грудь короля. Правитель упал на холодный пол прямо в центре зала, в тот самый момент, когда охрана замка смогла прорваться вовнутрь, а магистры схватили наследника. Затуманенным взглядом от потери такого количества силы он видел, как кто-то держит Дарлана, как Хелена бежит к нему, как Себиан и магистры пытаются спасти правителя.
Уже падая, он увидел, как тонкие струи крови растекались по рисунку пола. Они поднялись вверх и взлетели прямо к огромному своду, на котором были изображены все битвы минувшего. Панно засияло ярким светом, и через мгновение вся комната стала необычайно белой. Никто не видел друг друга, были слышны только голоса, странные звуки битвы, повсюду мерещились воины в серебристых доспехах, рубящие всех, кто попадется на их пути, лица матерей, которые кричали над трупами своих детей и странная песня девушки, словно сама Альтама пела колыбельную. Она нежно дотронулась до лица кричащего Алавира. «Все будет хорошо, все будет хорошо», - повторяла она словно в бреду, и ее голос был сильно похож на голос Хелены.
Лорды открыли границы и теперь пытались выгнать людей из их убежищ. Многие были настолько запуганы, что вовсе не желали выходить. Спешки не было, но была паника. Если земли границы необходимо расчистить, то желательно сделать это до того, как что-нибудь выйдет из леса. Раздался ужасный грохот, от которого задрожала земля. Когда Виан появился в лагере вместе с ним вбежал один из стражей, испуганный и не знающий к кому обратиться.
- Лорды, там люди, они все изувечены! Я не знаю, откуда они! Их много! Очень много!
- Поднимайся, глупец, - закричал лорд Тхеро, - это и есть тени, от которых вы всех охраняете.
