— Хм… — Поттер закусил губу, задумчиво разглядывая спокойное лицо друга, — но откуда у меня эта магия?
— Не знаю, — Том пожал плечами и усмехнулся, — скорее всего, это та самая невообразимая мощь легендарного Мальчика–Который–Выжил.
— Очень смешно, — Поттер скривился, — это ведь не нормально, как ни посмотри.
Арчер помрачнел.
— Нормально или нет, это можно исправить… или, по крайней мере, использовать с выгодой для себя, — мальчик помолчал. — Но, наверное, все-таки следует что-нибудь сделать с этой магией, чтобы она не доставляла проблем.
— Ага, — Гарри зевнул, — внеси это в список важных дел на этот год, — он тихо хмыкнул, — знаешь, мне уже начинает казаться, что нам на выполнение всех пунктов из этого списка и жизни не хватит.
— Это всё потому, что ты слишком медлительный, — язвительно шепнул Том.
— Ну конечно, во мне-то все и дело, — Гарри закрыл глаза, собираясь вернуться к прерванному просмотру своих сновидений, но Том не был бы Томом, если бы тут же снова не встряхнул его со словами:
— Вообще-то я еще не закончил.
— И что ещё ты хочешь сказать мне в столь ранний час? — пробормотал Поттер.
— Есть… есть библиотека, — голос друга звенел от возбуждения, — там хранятся такие книги, что нам и не снилось, сотни книг, — освещенный только тусклым огоньком на конце палочки Арчер казался сейчас мертвенно бледным, а его черные глаза, казалось светились, как угли, в целом он производил впечатление помешанного. — Гарри, задумайся на мгновение, сотни книг! И все они могут быть только нашими!
— Почему только нашими? — из миллиона вопросов которые возникли у Поттера после этого признания, он решил выбрать самый нейтральный, но как оказалось, добился деаметрально противоположного, Том расплылся в маниакально широкой улыбке:
— Потому что больше об этих книгах не известно ни одной живой душе.
— Откуда же ты узнал об этом? — в принципе, Гарри мог и не спрашивать он и так знал, что скажет Том.
— От Риддла, конечно. Он рассказал мне об этой библиотеке и сказал, что может помочь нам попасть туда, а ещё… — тут Арчер вдруг опустил голову и напрягся, — ещё он сказал, что возможно я могу быть…
Полог, скрывающий мальчиков, открылся и над друзьями навис сонный и удивительно мрачный Забини.
— Мерлина ради, Поттер, Арчер, неужели нельзя все свои проблемы обсудить утром?! Сейчас чертовых три часа ночи, а у меня от вашего шепота уже голова болит!
Злой Блэйз был примерно таким же непривычным зрелищем, как… ну, к примеру, Снейп сюсюкающийся с гриффиндорским первокурсником, поэтому пару мгновений и Гарри, и Том пребывали в легком ступоре, пока до Арчера, наконец, не дошло, что сказал Забини.
— Ты все слышал? — делано спокойно поинтересовался он.
— Ну конечно! Вас на всю спальню слышно, — Блэйз смерил его раздраженным взглядом. — Да успокойся ты, конспиратор несчастный, я ни слова не разобрал, но вы тут шипите не хуже змей, раздражает ужасно! Честное слово, вы достали уже со своими ночными заседаниями, хотите обсудить что-то важное, делайте это утром, Мордред вас раздери.
На этом он удалился, скрипнули пружины кровати, и послышался шорох одеяла. Том и Гарри некоторое время молча смотрели друг на друга, первым сломался Арчер. Рухнув лицом в подушку Поттера, он максимально тихо давился смехом, в то время как Гарри закусил угол собственного одеяла и пытался хоть немного успокоиться. Последним их достижением в этой жизни будет мгновение, когда они в голос заржут в спальне Слизерина посреди ночи.
Отсмеявшись, Арчер утер слезы и покачал головой.
— Что ж, кажется, пора выучить заглушающие чары, — шепотом заметил он.
— А я давно тебе об этом говорил, — Поттер зевнул, — а теперь проваливай с моей кровати, ты, знаешь ли, не одного Блэйза достал своими ночными совещаниями.
— Можно подумать я тут сам с собой совещаюсь, — фыркнул Том и, бесшумно выскользнув за полог, скрылся в темноте спальни. Засыпая, Гарри так и не услышал, как друг ложится в кровать.
Понедельник выдался серым и дождливым, сонные полуживые ученики как сомнамбулы передвигались по школе, прилагая все усилия к тому, чтобы держать глаза открытыми. На зельях, после того как бурлящая в котле Невилла Лонгботтома жижа приобрела тёмно–бурый оттенок, Снейп объявил о чрезвычайном положении и выгнал всех из аудитории, пока по комнате распространялись ядовито–зеленые пары с едким запахом аммиака.
Столпившись в коридоре подземелий, в максимальном удалении друг от друга, слизеринцы и гриффиндорцы пару минут дружно гудели, соображая, куда бы им отправиться, раз уж зелья отменили. Малфой демонстративно морщил нос и театрально закатывал глаза, не переставая комментировать таланты Невилла, а сокурсники поддерживали его согласным мычанием и язвительными смешками. Гарри в дебатах не участвовал, наблюдая за тем, как строгая Гермиона что-то втолковывает пунцовому Лонгботтому, а тот становится все краснее и краснее.
