Я надула щёки и потёрла паука. Казалось, все новости направлены на то, чтобы вывести меня из равновесия. Но на этот раз я решила не высказываться, а заняться едой. Тем более что к столу подали очищенные дольки тарокко — моих любимых красных апельсинов. Не слушая возмущённых советов Эсли, я набила полный рот кисло-сладким фруктом и усердно зажевала, стараясь не думать о том, чьё имя сейчас произнесли.
— Орден Крона угрожает безопасности Квертинда и его единству, — начала симпатичная брюнетка, напомнившая мне Элигию.
— Думаю, они желают только запугать верноподданных, сломить их дух и веру в Преторий, — заговорила другая леди с иссиня-чёрными гладкими волосами. Бледная кожа и яркие голубые глаза делали её привлекательной и невероятно… аристократичной. Тонкие пальцы обхватывали бокал с ягодным соком. Мелироанская дева слегка наклонила его, удивительно напоминая мне ментора черного паука в тот самый вечер, когда он давал мне своё первое наставление.
— Слава семерым богам, что консул лин де Блайт вернулся в правление, — кивнула Финетта. — Мне спокойнее, когда Квертинд находится под его властью.
— Слушаю ваши речи, сёстры, и всё больше верю, что Кирмос лин де Блайт достоин короны и почестей гораздо больше, чем остальные жители Квертинда, — пискнула совсем юная кудрявая блондинка. — У нас в Веллапольском княжестве о нём отзываются, как о страшном человеке.
Я хмыкнула себе под нос, вытерла рот запястьем и откинулась на спинку стула. Под возмущенный шёпот Эсли нехотя выпрямилась и исправила оплошность: осторожно промокнула губы кончиком белоснежной салфетки.
— А я боюсь Ордена Крона, — призналась одна из девушек и хлопнула ресницами. — Говорят, они хотят уничтожить всё наследие Иверийской династии и разрушить Квертинд до основания, не оставив камня на камне.
— Интересно, это правда? — ахнул тонкий голосок.
— Правда, — само собой вырвалось у меня. И снова все взгляды устремились в мою сторону.
— Вы что-то знаете об этом, леди Горст? — спросила та самая, похожая на Элигию брюнетка. Первое впечатление оказалось ложным: эта версия певички была гораздо бледнее и элегантнее. На шее ярким чёрным пятном выделялся знак соединения — орхидея, и это неожиданно делало девушку похожей… на меня.
Я отвела от неё взгляд и прочистила горло.
При всей надменности и чопорности, мелироанские девы явно интересовались мной и моим мнением. Это приободряло. Я раскрыла рот и… задумалась. Обязательства хранить тайны Ордена Крона остались в прошлом, но я здраво рассудила, что рассказывать всё чужим людям за первым завтраком не стоит. К тому же эти девушки вряд ли знают, какое отношение я сама имела к проклятой организации. Но всё же врать и скрытничать не стоило. У моих так называемых сёстер был целый набор жутких заблуждений, и, если я действительно хотела наладить с ними отношения, то стоило хотя бы попытаться их развеять.
— Наследие Иверийской династии… — начала я издалека. — То самое, о котором вы говорите… — Оказалось, что подбирать слова, вместо того чтобы говорить, что думаешь, — очень сложная задача, но я всё же попробовала: — У Претория и Ордена Крона схожие цели, хоть и разные методы.
Девушки раскрыли рты, спрятанные за ладошками. Некоторые опустили глаза, и даже служанки затоптались за спинами своих леди.
— Существует мнение, — уклончиво продолжила я, — что икша хотят уничтожить именно то, что породили Иверийцы. Королевская династия изменила Квертинд, и это обрушило проклятие. Икша — это проклятие.
Повисла тишина. Мелироанские девы явно сдерживали нахлынувшие эмоции. Они ёрзали, краснели и с преувеличенным интересом ковыряли свои завтраки. Наконец одна из девушек не выдержала и тихо засмеялась. И это разрушило плотину надменности и тактичности: все леди изящно захохотали, словно я только что выдала неприличную шутку.
— Кто вам сказал такую чушь, милая сестра? — хихикнула Финетта. — Уж не сами ли икша, с которыми вы сражались?
— Господин Демиург, — выплюнула я и крепко обхватила нож.
Девушки засмеялись ещё громче. Из глаз некоторых брызнули слёзы, и они воспользовалась салфетками или платочками, которые тут же подали им служанки.
— Простите нас, — соседка участливо накрыла мою руку своей, но я тут же выдернула ладонь. — Мы не желали вас высмеять, но ваши речи… — Она смахнула локон со лба и подалась ближе: — Уж не знаю, какой хитрец водил вас за нос, леди Горст, но смею заверить: господина Демиурга не существует!
Я аж поперхнулась слюной и закашлялась. Да эти девы просто непроходимо пустоголовые! В каком мире они живут? В мире красивых ванн, украшений и расшитых платьев? К чему тогда это показное обсуждение политики?!
Хохочущие тепличные цветочки даже представить не могли, насколько они далеки от войны, борьбы и битвы за власть.
Не смеялась только Лаптолина Првленская. К сожалению. Потому что я бы предпочла смех уничижительному, брезгливому и жалостливому взгляду хозяйки академии. И под этим суровым взором моё терпение наконец лопнуло.
Я резко вскочила, со скрипом отодвинув стул, и оперлась ладонями о столешницу.
