Наследие Хоторнов полностью

Орен и Алиса согласились отпустить меня в «Истинный Север». Вылет — субботним утром, возвращение — воскресным вечером, итого — всего одна ночь вне дома. Со мной в поездку отправлялись шестеро подчиненных Орена. И Алиса — чтобы сделать «спонтанные снимки», которые Лэндон потом передаст прессе. Всего за тридцать шесть часов — даже меньше, — мне предстояло отыскать зацепку, оставленную Тобиасом Хоторном для дочери в «Истинном Севере» — причем сделать это надо было так, чтобы Алиса ни о чем не догадалась.

По пути в аэропорт я написала Джеймсону. Снова. Я старалась себя убедить, что не стоит переживать ни о нем, ни о Грэйсоне. Что они наверняка просто напились, изнывают от похмелья, а может, разбираются с новой зацепкой, но уже без меня. И все равно я им рассказала, куда держу путь — и почему.

Спустя несколько минут пришел ответ. Но не от Джеймсона — а от Ксандра. Встретимся в самолете.

— М-да, — протянула я. — Он и впрямь установил слежку за телефоном брата.

Макс вскинула бровь.

— Или за твоим.

— Торжественно клянусь, что не слежу за теми, чья ДНК не совпадает с моей по меньшей мере на двадцать пять процентов! — В мире Ксандра такая тирада вполне сходила за приветствие. — Есть еще одна великолепная новость: Ребекка с Теей сопроводят нас в нашем славном путешествии в Колорадо!

Макс покосилась на меня.

— Мы как — рады, что Ребекка с Теей тоже едут? — спросила она, изобразив в воздухе кавычки, когда называла имена, — будто не верила, что они настоящие, хотя я точно рассказывала ей про этих девушек.

— У нас нет выбора, — сказала я Макс, мрачно поглядев на Ксандра.

Он рассказывал мне, что Грэйсон и Джеймсон с детства сговаривались против него, чтобы побеждать в играх, которые устраивал их дед. А еще они вступали в соперничество друг с другом у самого финиша. Ксандр, скорее всего, расценил совместную поездку Грэйсона с Джеймсоном к Шеффилду как очередной сговор.

И я не могла винить его в том, что он хочет сколотить собственную команду в противовес братской.

— Максин! — Ксандр одарил мою лучшую подругу самой очаровательной из своих улыбок. — Больше всего в этой жизни я люблю женщин, которые не стесняются рисовать в воздухе кавычки. Позволь спросить: а как ты относишься к роботам, которые иногда взрываются?

Салон самолета — моего личного самолета — был оборудован шикарными креслами на двадцать пассажиров и куда больше походил на шикарный бизнес-зал в аэропорту, чем на транспортное средство. Охрана заняла передний ряд, а следом, в кожаные кресла у стола с гранитной столешницей, сели Либби и Алиса. Нэш, который тоже увязался за нами, разлегся сразу на двух креслах по другую сторону от стола, лицом к Либби и Алисе. Неловко вышло. Но зато напряжение наверняка отвлечет эту троицу от нас, а мы — как раз все, кому еще не исполнилось девятнадцать, — сможем обсудить свои планы в хвосте самолета.

Там стояли два длинных дивана, обитых замшей и разделенных столиком. Мы с Макс сели по одну сторону от него. Ксандр, Ребекка и Тея — по другую. На столе стояла тарелка с выпечкой, но все мое внимание было обращено на «команду» Ксандра. Ребекка сидела рядом с Теей, и ее поза напомнила мне о выражении, промелькнувшем на ее лице накануне, незадолго до аукциона.

— Мы сами не знаем, что ищем, — понизив голос, чтобы взрослые в передней части салона не слышали, заметил Ксандр. — Нам известно одно: дед что-то оставил для Скай. Наверняка предмет находится в самом доме — или неподалеку. Возможно, на нем написано имя Скай.

— А еще какие-нибудь зацепки у нас есть? — спросила Ребекка. — К примеру, формулировки из предыдущих подсказок?

— Прекрасно, юный падаван, — Ксандр отвесил ей поклон.

— Ой, давай без «Звездных войн», — осадила его Тея. — У меня от этих гиковских замечаний мигрень.

— Так ты поняла, что это из «Звездных войн»! — Ксандр победно взглянул на нее. — Один — ноль в мою пользу!

— Извините, — Ребекка посмотрела на нас с Макс. — Они всегда так себя ведут.

Меня не оставляло чувство, что сейчас я, пускай и урывками, но вижу, как они все общались прежде. У Ребекки зазвонил телефон. Она взглянула на экран. Волна темно-рыжих волос упала на фарфоровое личико. Она сразу как-то вся съежилась и поникла, и от меня это не укрылось.

— Все хорошо? — спросила я, гадая, уж не мама ли ей звонит.

— Да, — отозвалась Ребекка, спрятавшись за волосами.

Вот только слово «хорошо» было не про нее. И это не какая-то тайна. Все стало понятно еще после того разговора в туннелях, когда она во всем призналась. И мне непросто было убедить себя, что меня это не касается.

Тея без тени смущения схватила трезвонящую трубку.

— Вы позвонили Ребекке, но говорите с Теей, — сообщила она в трубку.

Ребекка вскинула голову.

— Тея!

— Все в порядке, мистер Лафлин. — Тея вытянула руку, чтобы помешать попыткам Ребекки отнять у нее телефон. — Бекс задремала. Сами знаете, как на нее действуют самолеты. — Тея извернулась, не подпуская к себе подругу. — Да, конечно, передам. Всего хорошего. До свидания.