Начертав черную руну в воздухе, Аодх рассеял ее дотронувшись пальцем до мерцающей середины. Стоило истаять последним темным звездочкам в воздухе, послышался визг-рев оленя. Воздух уплотнился, засиял белым маревом и из него выскочили гиппоцервы. Угольно-черная шерсть переливалась на солнце, холеные оленьи морды выражали всю степень наглого счастья свободы. Красные глаза животных полыхали азартом. Грива и хвост развевались на ветру играющих друг с другом трех гиппоцервов. Толкаясь они тихонько визжали предвкушая долгую дорогу. Подбежав к сидам, животные остановились склонив рогатые головы встречая своих хозяев.
Спрятав крылья, Аодх подошел к одному из гиппоцервов, погладил морду, потрепал по холке и грациозным движением взобрался на спину. Сделал знак рукой и темные феи, покорно уселись на ветвистых рогах.
— Гончих призывать не станем? — Шер скормил своему гиппоцерву кусочек яблока и только после этого взобрался на теплую спину.
— Пока незачем.
Народ вздохнул с облегчением, когда «страшная» троица покинула Тарлен. Сидов боялись не просто так. Они были сильны и могли запросто стереть с лица земли целое поселение, если настроение плохое. А принц, как раз был не в духе, это ощущали все.
— Что твоя жена забыла у сильфов?
— Сейчас и узнаем.
Поднявшись в сад, сид прошел по следам своей драгоценной беглянки до цветка-инкубатора. Вокруг него несли вахту несколько тонких, искристых сильфов. На пришельцев взглянули хмуро, но узнав принца Алого двора, мгновенно подлетели и запричитали на один лад одинаковых голосов.
— Молчать! — рявкнул Шер да так, что листья с деревьев пооблетали и вокруг закружил листовой розовый снег.
Испуганно заткнувшись и приобретя льдистый оттенок кожи, сильфы замерли, лишь стрекозиные крылья издавали стрекочущий шорох.
— Будьте любезны по одному, — миролюбиво предложил Рисс, подбадривающе улыбнувшись.
— Ваше Высочество, помогите вернуть дитя! — заверещала сильфа мигая огромными бездонными льдисто-голубыми глазищами.
— Обратитесь в отдел по украденным вещам и детям, в том числе. Там вам…
— Подожди, Рисс, — Аодх повелительно поднял руку останавливая словоизлияния Связанного и не церемонясь прошел к цветку окруженного водяным куполом по которому змеились охранные руны сильфов.
Супруга была здесь, ее отпечатки ног хорошо пропитались здешней землей, словно та пыталась как можно дольше запомнить образ вора. Дотронувшись до водяной поверхности, Аодх поморщился. Магия жалила крепко, для сида она была неприятна, но терпима, а вот для человека… Но образ четко обрисовался, как Далия свободно вынимает яйцо из общей кладки. Вода пропустила ее словно родную.
Резко выдохнув, Аодх хмыкнул, его жена полна сюрпризов. Вот для чего ей яйцо? И кто ее подвозил на телеге? Ничего, найдет и научит уму разуму.
— Я найду вашего ребенка, — пообещал он встревоженным сильфам.
— Спасибо, Ваше Высочество! Отблагодарим, чем сможем! — сильфы склонились в поклоне выражая всю степень признательности.
— Ничего не нужно, — отмахнулся от них принц.
И ни братья, ни Аодх, уже не видели встревоженно-испуганных переглядываний супругов, бросаемых в спину удалявшихся сидов. Сильфы о чем-то тихо переговаривались крепко обнимаясь и в их глазах росла решимость.
— Тут использовался мгновенный переход, — Шер сидя на карточках водил по остаткам желтого песка пальцами.
— Можешь определить куда?
— Простите Ваше Высочество — нет.
— Прекрати так называть меня, — дернув головой, принц скривился.
— По этой дороге можно попасть в несколько крупных городов и населенных пунктов, — Рисс задумчиво потеребил кончик тонкой косы затерявшуюся в распущенных волосах.
— Вот, темные духи, — ругнулся Аодх.
Боль, подкрадывающуюся к нему несколько часов, он старался не замечать, но напор ее усилился, и мужчина понял, что совсем скоро его накроет с головой. Тело покрылось испариной, а в кончики пальцев словно мелкими иголками тыкали. Несильно, но уже ощутимо.
Заметив лихорадочный блеск в глазах принца и обострившиеся скулы, Шер нахмурился.
— Блокираторы-то взял?
— Да. Но если буду часто пользоваться, они перестанут действовать.
— Первый на развилке Шарам, чуть левее Рал Риш. — Шер взлетел на спину гиппоцерва: тот затанцевал обрадовавшись, что снова в путь.
— Наведаемся в Шарам. — Аодх сжал крепче поводья и сцепил зубы, чувствуя скатившуюся по виску единственную каплю пота.
И всадники погнали гиппоцервов по широкой дороге пугая редких путников.
А утро меня встретило громогласным визгом-писком в самое ухо:
— Подъе-о-ом!!
Вскрикнув, подскочила на постели не понимая, что происходит, где я, и через какое время конец света наступит? Заметив зеленую бестию по недоразумению звавшуюся Старейшиной, не удержавшись, выругалась:
— Черт возьми, Рокра, кто так людей будит?
— Не призывай черта, пока тот спит в своей норе, — поучительно заявила фея.
— Вот, он спит, а мне не дают, — раздраженно отозвавшись, откинула одеяло в сторону. Надо привести себя в порядок.
— Где радость от встречи? Я спешила как могла! Все спинные мышцы натерла, — деланно возмутилась фея, неспешно кружа по комнате зеленой мошкой.
