Старик мерзко похихикал и произнес.
— Все, в конце концов, сдаются, потом бросил взгляд в мою сторону и продолжил, — зачем упираться?
— Зачем упираться, все равно в конце концов приходим к этому.
После сказанного, он, так же как и ранее прикрепил ко лбу тот же предмет, что и к первому вампиру. Предмет начал постепенно наливаться светом.
— Помедленней, помедленней, а то и у этого разум не выдержит.
— Я и так медленно вхожу, куда еще медленней.
Я смотрел, не отрываясь от производимой процедуры. Все члены тела вампира напряглись, наверное, если б он мог шевелиться, то он бы выгнулся дугой. Рот его был открыт в беззвучном крике, но на этот раз от него не доносилось ни одного звука. Это длилось несколько часов, потом он обмяк.
— Этот тоже ушел, не выдержал, совсем чуть-чуть.
— Надо было еще медленнее, медленнее надо было.
Он повернулся и уставился на меня.
— Приступим к этому.
— Нет, приберемся сначала. Завтра начнем, надо приготовиться лучше, ты же видишь это перспективный экземпляр.
— Перспективный, но защита сильнее.
— Снимет, все снимают и этот снимет.
— Обратил внимание на его узел сил?
— Ты о следах? Конечно, обратил. Это след от врат, ты же помнишь, при первом скачке такое у всех остается.
— Помню, хотя как давно мы такого не видели. Может, начнем?
— Нет завтра. Надо подготовиться, ведь он не с этого мира, надо будет взять у него знания известных ему языков.
— Зачем они нам?
— Пригодятся, лишними знания языков не бывают.
И теперь я лежал и ждал своей очереди, скоро все должно было начаться.
Боль накатывалась волнами, казалось, что чем-то проводят по открытым нервам. От боли бежали слезы и сопли, я орал так, что сам глох от своего голоса. Это уже продолжалось третьи сутки. Этот садист прекращал ненадолго пытки и с целеустремленностью маньяка произносил одну и ту же фразу.
— Сними защиту и тебе станет легче. Сними защиту.
Сначала я ему отвечал, — не могу, не знаю как. А теперь просто смотрел, и от сознания что сейчас все начнется заново, непроизвольно начинали течь слезы. Я был как тот партизан у которого начали расспрашивать устройство атомной бомбы. Я если б мог, уже бы давно снял стоящую на мне защиту. Но Париус гад, ни одним словом не обмолвился, как это сделать. При очередной паузе в пытках, старик начал спорить сам с собой.
— Этот способ не действует.
— Подействует, на всех до этого действовал.
— Может он на самом деле не может снять.
— Почему не может, не хочет. Стойкий попался.
— Может ему защиту кто-то установил.
— Зачем ему бы кто-то устанавливал защиту, у него и у самого центр сил активен.
— А если все-таки установили. Ты посмотри, у него уже каркас нарушен, энергетическая система разбалансирована, еще немного и начнут разрушаться органы, он потом, его организм, если мы даже сейчас все прекратим будет восстанавливаться очень долго.
— Какие конкретные предложения?
— Предлагаю действовать на разум, перегрузить его информацией и он сам сбросит защиту.
— Чем будем грузить?
Потянулось молчание. Потом прозвучало.
— Если грузить разум знаниями, он ничего не поймет, и они будут просто проходить через него.
— Тогда чем?
— Давай языками. Они разумом распознаются и он начинает их усваивать. Мозг будет нагружен их адаптацией, а их большое количество в одно и то же время, его перегрузит и защита спадет.
— Пробуем. Но давай возьмем его кровь на исследование, как-то он не так себя ведет, не так как следует.
— Кровь мы уже брали, обычная кровь, как у всех людей.
— Давай возьмем.
Сначала мне в район паха прикрепили непонятный прибор со стеклянной колбой, при этом я ничего не почувствовал. Наверное, если бы сейчас меня начали резать наживо, без наркоза, я бы даже этого не почувствовал. После тех пыток, которые проводили надо мной все тело было как чужое. А когда прибор снова попал в поле моего зрения, колба была полна крови.
После этого рядом с моей головой к камню, на котором я лежал стали крепить какие-то кристаллы. Мне было все равно, не пытают, не рвут нервы и хорошо. Когда закончилось закрепление кристаллов, старик отошел с улыбкой посмотрел на результаты своей деятельности и произнес.
— Начнем.
— Начнем.
