Эл простоял на улице десять минут, а Прут всё не шёл. Ноги, и без того замерзшие в пути, начали неметь. Уши уловили характерный скрип снега задолго до того, как эльф обернулся посмотреть на прохожего. Им оказалась красивая, миловидная девушка лет восемнадцати. Несмотря на тёплую одежду и шапку, Эл узнал её, именно эти черты лица не давали спокойно спать в детстве, именно она была причиной большинства переживаний. Мимо Эла, не обращая на него никакого внимания, прошла Сун.
– Так значит, она уехала вместе с моими родителями. И живёт, наверное, с ними, – эти мысли, как и сам факт встречи Сун, ни капли не взбудоражили старых чувств. Может, первая любовь распалась сразу после недолгой разлуки, а может, осознание того, что людской девушке будет тяжело с эльфом, не позволяла былым чувствам затуманить разум, – что ж, вполне логично, её родственники наверняка погибли при нападении на деревню.
– Сун, – прокричал он, привлекая внимание девушки.
Она резко обернулась. Слишком резко. Элу показалось, что девушка испугалась. Встретив Эла взглядом, Сун зажмурилась и снова раскрыла глаза. Убедившись, что ей не чудится, она неспеша подошла к парню.
– Эл? – спросила она.
– Да, – коротко ответил он.
– Но как? Ты же погиб!
– Нет. Всегда был жив. Пару раз находился на волосок от своего конца, но удавалось выкарабкаться, – на лице Эла сияла широкая улыбка, в то время как Сун жадно изучала его глазами, будто пытаясь найти доказательство того, что друг детства чудится. – Это я, – сказал он, успокаивая девушку, и взял её за руку. Не хватало ещё, чтобы она с ума сошла от непонимания. – Мне приходилось скрываться. Я же эльф. А на эльфов шла охота. Теперь всё кончено, и я хочу вернуться к прошлой жизни.
– Не получится, – услышал Эл до боли знакомый голос. Голос, который хвалил и журил его в детстве – голос отца. – Не получится у тебя жить прежней жизнью.
– Дядя Марел? – обернулась к нему Сун. – Здесь Эл.
– Я вижу, – на лице Марела не было и тени улыбки. – Сун, иди в дом. Там Прут. Я хочу поговорить с сыном.
– Хорошо, дядя.
Сун поспешила удалиться. Эл недоумевал. Совсем не такого приёма ожидал он от отца. Ведь его сын, который считался погибшим – жив. А он будто не рад.
Отец подошёл к Элу и обнял его, крепко обнял. Только теперь Эл увидел на лице Марела радость, ему даже показалось, что на глазах отца выступили слёзы.
– Я рад, что с тобой всё в порядке. Не сильно замёрз? – спросил он сына.
– Нет, – соврал Эл.
– Тогда пошли пройдёмся. Нам нужно поговорить.
Эл кивнул и пошёл вслед за папой. Они пару минут шли, не говоря ни слова, пока Эл не задал вопрос:
– Как вы здесь жили?
– Нормально жили. Брат мой приютил. Сун с собой взяли. Переживали за тебя, конечно.
– А почему из Фавера уехали? Я видел, как жители восстанавливали деревню.
– Эл, я должен тебе кое-что рассказать. Точнее, я многое тебе должен рассказать, а ты послушай. Ты же понимаешь, что мы не твои родные? – Эл кивнул. – Шестнадцать лет назад к нам в дом постучались эльфы. В те времена это было нормальное явление, и мы ничуть не удивились. Но то, что эльфы предложили нам, выходило из ряда вон. Нас попросили воспитать их сына. Детей у нас тогда не было и мы с твоей мамой, недолго думая, согласились. Эльфы обещали, что вернутся за тобой через два года. После началось истребление, и мы поняли, что никто не придёт. Стали воспитывать тебя, как родного. Я обошёл всех в деревне, благо отношения с ними у меня были отличные, и рассказал им, наказав, чтобы вести об этом не вышли за пределы Фавера. Как ты знаешь, семнадцать лет всё было хорошо.
Отец замолчал.
– Индулы? – предположил эльф.
– Да. Индулы. Они узнали, что ты живёшь в Фавере, и напали на деревню.
Эла словно молнией пробило после этих слов. Он вмиг вспомнил события тех дней. Экзамен по ориентированию, индул, встретившийся ему, и ночь, страшная ночь, когда погиб Элед, когда ему удалось убежать из деревни. Эл осознал то, о чём раньше даже не думал.
– Значит, индулы приходили за мной? – спокойно, смотря куда-то в глубь леса, спросил Эл.
– Да.
Индулы пришли за ним. Значит, все погибшие жители деревни погибли по его вине, значит, тот индул, что убил Эледа, хотел убить его. Десятки судеб были разрушены из-за Эла, из-за того, что он эльф. Действуй он по-другому, убей индула, встретившегося на экзамене, ничего бы этого не произошло. Сначала жители деревни, потом события на острове. Сколько ещё людей может пострадать из-за него.
– Эл, я понимаю, что ты чувствуешь, но не вини лишь себя в случившемся. Мы виноваты ещё больше, ведь именно мы решили оставить тебя в деревне, понимая, что рано или поздно весть о том, что наш сын – эльф, выйдет за пределы Фавера.
Эл несколько отрешённо посмотрел на отца, но слова Марела ни капли не успокоили ураган в душе эльфа.
– Вы уехали из деревни, потому что жители возненавидели вас? – спросил он, не показывая своих чувств отцу.
– Нет, жители встретили нас радушно. Они успокаивали нас, говоря, что сами решили держать секрет Фарма. Мы уехали, потому что знали, что ты жив.
– Что? – не понял Эл слова отца.
