-У меня есть ответ на Ваш вопрос, мистер Уайт. Точнее, это теория. Вы знаете, какая главная беда тех, кто добился пусть и не всеобщей власти, но по крайне мере главной цели своей жизни?
-Нет.
-Всё просто, мистер Уайт. Это скука.
Какое-то время староста растерянно смотрел на директора а затем в его взгляд появилось понимание. Тревор не мешал ему думать, и когда он увидел, что студент сделал соответствующие выводы сказал:
-Я вижу, Вы начали понимать. Дамблдор добился всего, чего может добиться волшебник не только в нашей стране, но и в мире.
-Я согласна с директором, – сказала Нарцисса. – Вспомните Ваше первое письмо из Хогвартса, молодой человек. Однажды я спросила нашего министра: «Дамблдор, он и победитель Тёмного Лорда. И глава нашего суда. И глава международного суда. И кавалер ордена Мерлина первой степени. Ах да, обязательно, не забыть обо всём об этом написать в письме. Да, ещё напомнить всем, что он великий Белый Маг. А нафига он всё это пишет на конверте? Достаточно же просто написать – Директор школы». И знаете что? Министр тоже не смог дать ответа на этот вопрос.
-Действительно, – удивлённо спросил Флитвик, – а нафига всё это писать на конверте?
-Дамблдор добился всего, чего только возможно. – Продолжил Тревор. – Вот он и развлекается, играя вашими жизнями. Ему просто ничего другого не остаётся. Ну не напиваться же алкоголем и не шныряться же наркотой, в самом деле.
-Стал бы министром, – предложил Уайт. – Из того, что я слышал, уж там-то дел всегда по горло.
-Пост министра не даёт никакой власти, – сказал Забини. – Нет, власть, конечно, имеется, и не малая. Но не абсолютная власть, как например в Хогвартсе. Министр обязан подчиняться Визенгамоту. Визенгамоту – который состоит исключительно из чистокровных семей. Визенгамоту – который сгноил его отца в тюрьме и разорил его семью.
-Но ведь он же возглавлял Визенгамот!
-Возглавлять, не то же самое, что подчиняться, мистер Уайт.
-Директор, – бледный Забини встал со своего кресла. – Недавно мы получили информацию, что всем детям чистокровных волшебников грозит смертельная опасность. Вы что-нибудь знаете об этом?
Профессора испуганно переглянулись и растерянный Гораций спросил:
-Вы это о чём, мистер Забини?
-Я не знаю, откуда у Вас эта информация, мистер Забини, – сказал хмурый Тревор, – но вынужден Вас поправить. Смертельная угроза нависла не только над детьми чистокровных волшебников. Уничтожение грозит всему нашему миру. И я говорю не только о магическом мире. Я говорю вообще о всём мире. Но я не могу Вам сказать многое. На мне непреложный обет.
-Сколько у нас времени? – спросил Забини.
Какое-то время Тревор молчал, и все присутствующие в кабинете видели, как директор обдумывает слова, ища лазейку.
-Единственное, что я могу сказать, это то, что ни Волан-де-Морт, ни Дамблдор, не являются главной угрозой нашего уничтожения. Хотя нет, являются, но лишь косвенно. Их действия существенно приближают нашу гибель, а если они перейдут черту, то тем самым поставят жирный крест на выживании нашего мира. Если они перестанут грызться за власть и оставят нас в покое, то у нас, для спасения мира, будет не более двадцати лет. Если они и дальше будут вести себя так же, как во время последней войны, то если нам повезёт, волшебники буду уничтожены максимум в ближайшие пять лет. А вот маглам, которые останутся после нашего уничтожения, я искренне не завидую. Они будут умолять о смерти, и давайте закроем эту тему. Сейчас мы должны решить, как нам подготовить студентов к возвращению Дамблдора в стены Хогвартса.
Присутствующих в кабинете уже в очередной раз накрыло тишиной, и они начали изображать собой выброшенных на берег рыб.
-Вы это серьёзно? – спросила профессор Стебль. – Вы утверждаете, что этот монстр вернётся в Хогвартс?
-Не просто вернётся, но и займёт место директора школы. Я в этом ни секунды не сомневаюсь.
-Наши родители этого не допустят, – прорычал Забини и, подняв свиток с результатами исследований своей крови, сказал, – не после этого! Если хотя бы у половины моих сокурсников в крови будет малая часть того, что нашли в моей крови…
-Без обид, мистер Забини, – перебил его Тревор, – но именно ваши родители сделают всё возможное, чтобы Дамблдор вернулся на пост директора школы.
-Но я не понимаю, как? Ведь Дамблдора разыскивают за столько преступлений, что если удастся доказать хотя бы десятую часть, то ему грозит поцелуй дементора.
-Будь я на месте Дамблдора, первое, – Тревор начал загибать пальцы, – он дождётся возвращение Волан-де-Морта, а потом пообещать министру помощь в борьбе с ним. Без Дамблдора у министерства не будет и шанса в борьбе с Тёмным Лордом. Так что амнистия Дамблдору обеспечена.
-На счёт этого я согласен, – согласился Забини, – но я знаю нашего Министра. Я понимаю, что в большой политике нельзя не запачкаться и на любого можно найти компромат, но министр Фадж никогда не подпишет подобного указа.
