-Да. Папа показывал как он может гореть. Вы хотите сказать, что...
Филч кивнул головой:
-Ты правильно поняла. Гарри Поттер — некромант. И эти идиоты привезли его на сосредоточении его силы. Для Гарри Поттера здесь..., это как в костёр кинуть бочку с бензином.
Гермиона отрицательно покачала головой:
-Я бы сказала, как костёр бросить в океан бензина. Да, – кивнула головой Гермиона, – из под земли, под ногами моего мужа, бьёт некроэнергия, которая на протяжении тысячелетия напитывался этот остров.
Джинни задумчиво почесала щеку:
-Но я думала, что дементоры...
-Нет, – Гермиона поняла ход её мыслей, – дементоры поглощают только эмоции.
Вдруг от дракона раздался рёв боли, и рухнув, дракон забился от болевых судорог.
-Гарри, – Джинни попыталась кинуться к дракону, но её перехватила рука Гермионы.
-Назад!
-Но ведь Гарри...
-Дура! Я сказала назад!
Дракон взревел так, что у волшебников едва не лопнули барабанные перепонки. Когти дракона впились в каменистую почву, оставляя в ней глубокие борозды. Дракон перекатывался с места на место, разбрасывая огромные каменные глыбы. Теперь Джини понимала, что если бы она подошла к дракону, то её бы просто размазало по камням. На глазах девушки появились слёзы и Джини закричала:
-Что с ним?
Чёрный дракон начал стремительно худеть, и теперь это стало отчётливо видно.
-Мерлин, – прошептала Джинни, с ужасом отвела свой взгляд от дракона, чья плоть начала осыпаться пеплом, обнажая белоснежный костяк.
-Что с Гарри? – Прошептал Филч.
-Концентрация некроэнергии достигла своего пика, что провело к окончательному пробуждению и развитие всех его даров как некроманта. Это было его наследие. Наследие Смерти. Но за всё нужно платить. В том числе за силу. И теперь, – голос Гермионы наполнился болью, – Гарри... он умирает.
Джинни отвернулась, что бы не видеть страданий дракона. Но неожиданно рука Гермионы схватила голову Джинни. Не человечески сильные пальцы, словно стальные прутья, впились ей в затылок, и повернули её лицо в сторону того, кто когда был Гарри Поттером.
-Смотри, Джинни. Смотри, что они сделали с моим мужем. Такова благодарность магического мира. Смотри.
-Га-гарри ум-умирает?
-Смерть и возрождение. Они всегда идут с некромантами плечом к плечу.
Тело дракона выгнуло дугой и замерло.
-Гарри, – из глаз Гермионы потекли слёзы.
-Нет, – плачущая Джинни яростно замотала головой. – Он не может умереть!
С дракона пеплом осыпалась последняя плоть, обнажая белоснежный костяк.
-Мой Гарри умер..., – голос Гермионы неожиданно окреп, – ...да бы возродиться вновь.
-Что? – Растерялся Филч.
Костяной скелет дракона дрогнул. Затем ещё раз. И ещё раз. Вот он начал подтягивать к себе переднюю лапу. В глазницах черепа загорелись зелёные огоньки, которые начали стремительно разгораться.
Филч отступил назад и прикрыл собой Джинни:
-Вы хотите сказать, что Гарри Поттер превращается в лича?
На глазах Филча движения костяного скелета дракона становились всё увереннее и увереннее. И вот, наконец, он поднялся и твёрдо встал на четыре лапы. Раскрыв костяные крылья, наполненные мраком, дракон-лич поднял к небесам свою ужасную голову. Мир огласил крик, полный боли и ненависти ко всему живому. Во все стороны ударила магическая волна, наполненная страхом и ужасом. Всё живое было извещено о приходе в мир новой силы. В следующее мгновение от дракона полыхнуло голодом и он, взмахнув крыльями, ринулся к дементорам.
Гермиона сошла с лодки и сказала:
-Вам пора.
Лодка сама соскользнула с берега, стремительно унося Филча и Джинни подальше от острова.
====== Начало конца. Часть восьмая. ======
С острова донёсся вой очередного дементора. Обеспокоенный Тревор смотрел на то, как существо, когда то бывшее Гарри Поттером, поглощает души, что носил в себе очередной страж Азкабана. Тысячи и тысячи душ волшебников и магических существ, что за эти тысячелетия успели скопить в себе дементоры, ещё до того, как Министерство Магии заключило с ними так называемый договор.
Вот последний дементор был разорван в клочья, и Тревор увидел, как взгляд дракона-лича проскользнул по окрестностям. Взгляд коснулся его, и этого было достаточно, что бы Тревор ощутил, как по его нервам словно ударила молния. Голод. Гарри Поттера изнутри разрывало только два чувства. Ненависть, и всепоглощающий ГОЛОД. Вот к дракону-личу стала подходить хрупкая фигура девушки. Стоило дркону-личу оторвать от Тревора взгляд и посмотреть на Гермиону, как между ними задрожал воздух.
Тревор сузил глаза, развернув два крыла, и присел в боевую стойку. Меч он решил пока не доставать. Как, в прочем, и шит.
-«Если Гарри не сможет вернуть себе разум, если Гермиона не справиться, если-если-если...,» – с яростью думал Тревор – «...то первое, что нужно будет сделать, это вывести внучку из под удара».
