Наследие тамплиеров полностью

Спустя 20 лет мало что изменилось. В Папском послании Иоанна Павла II (Ordmatio Sacerdotalis Иоанна Павла II, от 22 мая 1994 года) сказано: «…чтобы устранить все сомнения относительно вопроса большой важности, вопроса, который касается самого божественного устройства Церкви, поскольку я обязан укреплять братство (Лука, 22:32), я заявляю, что Церковь не имеет власти даровать священнический сан женщинам и этого решения непременно должны придерживаться все верные Церкви».

Иисус – не говоря уже о его апостоле из апостолов, Марии Магдалине – мог бы кое-что сказать по этому поводу.

Хотя Мария Магдалина только мельком упоминается в Новом Завете, ее образ всегда играл важную роль в воззрениях некоторых групп «еретиков», таких как катары Южной Франции и рыцари тамплиеры. Многие катары были настолько убеждены в том, что Магдалина и Иисус были любовниками (но не мужем и женой), что ради этого убеждения охотно шли на смерть от рук крестоносцев. С другой стороны, отпущение грехов у тамплиеров совершалось с помощью таких слов: «Я молю Господа о том, чтобы он простил тебе твои грехи, как он простил их Св. Марии Магдалине и тому вору, которого распяли на кресте». (См. «Процесс над тамплиерами» Мальколма Барбера.) А излюбленная тамплиерами поговорка гласила: «…тот, кто смотрит глубже всех, увидит Магдалину».

Однако у обычного церковного прихожанина Мария Магдалина не вызывала особого интереса – проститутка, из которой Иисус изгнал семь бесов, призрачная фигура на заднем плане, заслоненная образами более знаменитых апостолов-мужчин, таких как Симон Петр, заложивший основы церковной организации, позднее превратившейся в Римскую католическую церковь (в течение многих лет бывшую единственной христианской церковью в Западной Европе). Недавно – главным образом со стороны американских феминисток – были предприняты робкие попытки признать Магдалину учеником Иисуса или даже «13-м апостолом». Но это еще более разжигает женоненавистнические настроения внутри Церкви, представители которой отказываются признавать, что женщина могла быть учеником Иисуса, хотя в Библии упоминается, что несколько близких Иисусу женщин присутствовали при распятии. (См., например, Марк, 15:40, где ученики называются «последовавшими» за Иисусом, что буквально и означает в тексте Евангелия слово, которое переводится на английский как «ученик». Интересно также и то, что, судя по всему, женщины добывали средства к существованию для мужчин, когда те путешествовали, выполняя свою миссию. Но если Магдалина была тогда проституткой, или пусть даже уже перестала быть ею, это значит, что Иисус жил за счет доходов, полученных безнравственным путем!) Если копнуть немного глубже, то обнаружится совсем другая история, которую Церковь старательно скрывала на протяжении веков. Хотя в канонических Евангелиях Магдалина упоминается крайне редко, этого нельзя сказать о текстах, исключенных из Нового Завета Никейским Собором в IV веке.

В самом деле, любопытно, что большая часть наиболее последовательных гностических книг, которые имеют такое же право считаться «подлинными», как и Евангелия от Матфея, Марка, Луки и Иоанна, и часть которых всплыла на поверхность в Наг-Хаммади в 1945 году, уделяют ей так много внимания, что, если не считать Иисуса, Магдалина становится главным героем повествования. В Евангелии от Филиппа, Евангелии Египтян, Евангелии от Фомы и Евангелии от Марии (Магдалины) она предстает в роли не только постоянной спутницы Христа (в текстах употребляется слово koinonos, что буквально означает «супруга»), но и его музы – он зовет ее «Все» (старое прозвание богини Изиды) – его наставницы и средоточия всей его жизни. Складывается впечатление, что он был настолько увлечен ею, что «не было ничего, что бы он не сделал для нее… и даже воскресил для нее Лазаря…».

Мужчины-апостолы, однако, находили ее тяжелый труд и ее огромный вклад в миссию Иисуса настолько непохожими на пассивную роль второго плана, которая была свойственна еврейским женщинам, что, возможно, считали ее чужестранкой.

В позднем гностическом тексте Pistis Sophia (Вера-Мудрость) Мария идет к Иисусу и жалуется, что Петр угрожал ей, потому что «он ненавидит меня и весь женский род». Судя по всему, пока Иисус мог ее защитить, ненависть Петра не могла причинить ей вреда, но после Распятия, как гласят легенды, Мария вынуждена была бежать во Францию.