— Заткнись, дебил, — коротко посоветовал капитан, — собрался подохнуть медленно и со вкусом? — Он вонзил в Дика злобный взгляд и надвинулся на него, словно танк, давящий лига в лепешку. — Ты видел когда-нибудь смерть от инвазии?
— Только от «очаровашек», сэр… — При виде нависшего над ним Мэрфи Дик сжался в комок.
— Ну и как, понравилось? — рявкнул капитан.
— Нет, сэр… — Дик был полумертв от страха.
— Отлично! — усмехнулся Мэрфи. — А теперь представь все то же самое, только медленнее. ГОРАЗДО медленнее. Представил? Ну, как? Все еще хочешь попробовать?
— Нет, сэр! — Дик вспомнил караван из «Пэйджа» в «Гувер», поля «очаровашек» и заляпанный сгустками кровавой плоти изнутри лицевой щиток гермошлема, в котором нельзя было даже узнать погибшего. Такой смерти он себе не хотел. Он вдруг отчетливо понял, что вообще не хочет умирать, пусть даже всю оставшуюся жизнь ему придется прожить инвазивным.
— Тогда слушай меня, капрал, — спокойно произнес капитан, — по моей команде включаешь аварийную подачу кислорода на полную мощность. Кислородный поток из баллона частично понизит степень биологической угрозы. Потом делаешь глубокий вдох, задерживаешь дыхание, плотно закрываешь глаза и поджимаешь губы так, чтобы слизистая оболочка была полностью скрыта. Затем очень быстро снимаешь с себя гермошлем и резво опускаешь руки по швам. И стоишь молча, ждешь дальнейших указаний. Ты все понял, Картрайт?
— Сэр, да, сэр! — ответил Дик, бледный, как полотно.
— Кому еще ты рассказал про герметизацию? — Мэрфи бросил по сторонам настороженный взгляд.
— Никому, сэр, — доложил Дик, — я узнал об этом перед самым вашим появлением.
— Вот как? — прищурился капитан. — Хорошо. Становись сюда. — Он завел Дика внутрь обломков. — Тут нас не видно.
Мэрфи подошел к одному из трупов и усадил его перед собой, прислонив спиной к развороченному железу.
— Готов? — спросил он не оборачиваясь.
— Да, сэр! — дрожащим голосом ответил Дик.
— Кислород!
— Готово! — Дик торопливо выкрутил вентиль аварийной подачи на максимум.
— Задержка дыхания! — скомандовал капитан, щелкая прижимными гермозамками на шее трупа.
— Готово! — Дик, глубоко вдохнув, замер, изо всех сил зажмуривая глаза и поджимая губы.
— Гермошлем снять! — рявкнул Мэрфи, сдергивая гермошлем с погибшего солдата.
Дик, похолодев от страха, сорвал с себя гермошлем и тут же почувствовал, как на его шее принимающие зажимы скафандра сомкнулись с пазами нового гермошлема. Он даже не успел ничего понять, а капитан уже завершал герметизацию.
— Не дышать! — Дик услышал грозный голос капитана. — Терпи сколько можешь, капрал. Чем больше зараженного этой дрянью воздуха выйдет наружу до твоего первого вдоха, тем лучше.
Дик смог продержаться секунд сорок, после чего выдохнул и судорожно вдохнул, подстегиваемый мучительным удушьем. Он хватал воздух ртом, словно после часового марафона, пытаясь отдышаться. Стоящий рядом Мэрфи спокойно наблюдал за ним, поглядывая по сторонам.
— Как ощущение, капрал? — спросил он спустя минуту.
— Все в порядке, сэр, — ответил Дик.
— Вот видишь, а ты не хотел брать такую полезную вещь! — Мэрфи коротко хихикнул.
Дик посмотрел на сидящий труп солдата, лишенный гермошлема, и на мгновение ему стало дурно.
— Привыкнешь, — капитан заметил судорогу, скользнувшую по лицу Дика, — ему он все равно уже не нужен, а тебе пригодится. А теперь, капрал, бери свой старый гермошлем и надень его на труп. И когда ты отсюда уйдешь, чтобы все выглядело естественно, понял?
— Да, сэр! — вытянулся Дик.
— Дуракам везет, — Мэрфи с усмешкой посмотрел на Дика, — а ты, Картрайт, прямо-таки особенный дурак. Тебе, соответственно, и везет особенно. Так что если повезет и на этот раз, то никто не узнает о разгерметизации.
— Спасибо, сэр, — Дик почувствовал, как внутри толстых перчаток дрожат пальцы, — я вам очень обязан, сэр, я…
— Заткнись, капрал, — капитан вздохнул с видом психиатра, разговаривающего с безнадежным пациентом, — даю тебе пять минут на все про все, и после этого вижу тебя сверкающего этой твоей идиотской улыбкой вон у той кучи спасенного барахла. Тебя там ждет поклажа, Картрайт, теперь нам придется все тащить на себе, если мы хотим добраться до «Наследия».
— Да, сэр! — засиял Дик. — Я понял, сэр! Я все сделаю, сэр! Я вас не подведу!
Мэрфи в ужасе закатил глаза к небу и молча пошел к своим людям.
— Сэр! — испуганно воскликнул Дик, внезапно поняв, что все это время их слышали на армейской частоте. — Разрешите обратиться, сэр!
— Что еще? — недовольно обернулся капитан.
Дик подбежал к нему, отключая связь, и, повысив голос, закричал напрямую:
— Сэр, но нас же слышала группа охраны! И академик Райли видел меня в разбитом гермошлеме!
— С этим я разберусь, капрал, — ответил Мэрфи, — еще что-нибудь?
— Нет, сэр, — замотал головой Дик, — спасибо, сэр! Я ваш должник на всю жизнь, сэр! Я никогда этого не забуду!
Капитан только махнул рукой и пошел прочь.
