Непрекращающиеся фотовспышки стали действовать не только на глаза, но и на нервы, и Алена отошла от откормленной группы. Она решила побродить по монастырю в одиночку. Храм был красив. Резные ансамбли пагод в сочных красках, огромные небесно-синие таблички, заполненные иероглифическим письмом возрастом не в одну сотню лет, ярко-красные стены храмов, украшенные ажурной мозаикой. Посмотреть было на что. Алена неторопливо изучала монастырь, удивляясь тому, сколько сил и труда было вложено целыми поколениями людей в его создание и сохранение. Самое большое здание монастыря обнаружилось в самом конце храма, и Алена направилась туда. Внутри было так много народа, что в первую секунду она даже не поняла, чем же это вызвано. Но стоило только поднять голову, как взгляду открылась действительно величественная картина. В центре просторного зала возвышалась грандиозная восемнадцатиметровая статуя, целиком вырезанная из огромного сандалового дерева. Взгляд не сразу охватывал всю перспективу творения давно забытых гениальных художников прошлого.
— Это Майтрея. Будда назначил его своим преемником и обязал прийти на Землю спустя пять тысяч лет после своей смерти, — раздался рядом негромкий голос. — Он грядущий учитель человечества, пребывающий на небесах в ожидании, пока не настанет благоприятное время для Спасения мира. Считается, что перед появлением второго Будды на Земле прекратятся войны, голод, болезни и смерть.
Алена оглянулась. Рядом с ней стоял рослый китаец в одеждах монаха. Его взгляд был направлен мимо нее, на статую будущего Будды.
— У вас древняя и очень красивая история, — вежливо ответила Алена.
— И всю свою историю Китай постоянно борется с различными захватчиками, стремящими поработить нашу огромную страну и подчинить ее своим алчным и меркантильным интересам, — неторопливо произнес монах и так же спокойно добавил:Здравствуйте, мисс Алена. Я - Хань.
— Здравствуйте… — Она ждала встречи с ним уже более часа, но к такому его появлению оказалась не готова. — Гуру рассказывал о вашей сестре. Мне очень жаль… Правда. Это ужасно.
— Мне тоже жаль, — согласился Хань. — Мне было жаль настолько сильно, что я даже нашел возможность приехать в Нью-Йорк, а сделать это китайцу, поверьте, не так просто. Но мне удалось, и я пытался лично прояснить хоть что-то в этой темной истории, связанной с ее гибелью.
— В результате вы смогли получить доступ к документам «Выживания»? — предположила Алена.
— Я потратил на это расследование больше года. Мне удалось найти единомышленников. И в США есть честные, гордые и свободолюбивые люди, готовые бороться за правду до конца. Я вышел на некоторых из них.
— Как вам это удалось? — поинтересовалась Алена.
— Дорогой ценой, — угрюмо улыбнулся Хань, — полагаю, вы уже знакомы с методами работы «Выживания»? Поэтому вас не удивит тот факт, что вот уже год меня разыскивает Интерпол и ФБР за связь с «Триадой» и торговлю наркотиками. Мне удалось вернуться в Китай, но они и здесь обложили меня со всех сторон. Теперь я монах, и добраться до меня в обители им слишком хлопотно. Проще оставить меня в покое. И караулить, словно зверя у выхода из норы. Но жизнь в обители дает мне духовные силы, это намного ценнее радостей мирской жизни, погрязшей в зависимости от денег и власти. Им никогда не понять этого. — Монах замолчал.
— Я могу помочь вам предать огласке планы и махинации «Выживания», — сказала Алена, — но для этого мне нужны факты.
— Факты, — неторопливо кивнул Хань, — факты нужны всем. Фактов боятся, ведь факты убивают. И «Выживание» ревностно хранит свои секреты. Почти все люди, с которыми я контактировал, либо погибли при загадочных обстоятельствах, либо внезапно изменили свою точку зрения, либо просто перестали отвечать на звонки и письма.
Он по-прежнему не смотрел на нее, и Алена последовала его примеру, стараясь не выдать постороннему наблюдателю факт их общения.
— Вы конечно же знаете, что официальных доказательств вредоносности ГМО не существует? — спросил Хань.
— Да, — подтвердила Алена, — я хорошо знакома с сутью вопроса.
