— Да за кого ты меня принимаешь?! Просто с твоим заказом я облажался!
— Это верно.
— Что? — он пожал плечами. — Мы все не идеальны. И про старуху бывает порну…
— Что-что? — невинно уточнила я.
— И на старуху бывает проруха, — тактично поправился Вис. — Тем более, что рядом плавала другая рыбка, покрупнее.
— Принц?
— Ну да. Условный принц.
— Ой, бельчонок, не нравится мне, к чему ты клонишь! И ещё меньше нравится, что думаешь, будто я тебе поверю.
Если по-честному, то основания верить лису у меня всё же имелись. Первое я добавила в его лечебный отвар. Нет, конечно, никакого зелья правды и в помине не существует! Зато травок, повышающих словоохотливость, — не перечесть. А значит, Вис, как минимум, сам верил, что задумка мне не повредит. Второе же основание растекалось бурым пятном по простыне: вора всё же попотчевали ножом из-за меня. Резона помогать незнакомой ведунке у рыжего не было. Разве что попытаться потом надавить на её много лет как дрыхнущую совесть и таки сманить на авантюрное «дельце». И, стыдно признать, метод работал!
Вор продолжал горячо настаивать, то и дело забывая о перевязи, неловко сгибаясь и ругаясь вполголоса.
— У этого смазливого дурачка хранятся такие сокровища, которые нам с тобой и не снились! Псс… Что ж больно-то так? Украшения, картины, вазы, передающиеся в царствующих семьях из поколения в… мать его… поколение! Артефакты! Магические книги! Ай, чтоб тебя!
Книги… А вот это уже действительно интересно. Каковы шансы, что в коллекции богача найдётся фолиант, рассказывающий про древнее колдовство, отпечатывающееся письменами прямо на теле?
Вода взбурлила и я, натянув рукав на кисть, сняла кружку с камня. Словно вовсе не интересуясь делом, уточнила:
— И ты собираешься вынести всё это добро?
— Варна, ты совсем меня не слушаешь? Я собираюсь отщипнуть небольшой кусок от пирога его достатка! Парнишка понятия не имеет об истинной ценности большинства предметов коллекции! Собирает их, как какая сорока: ярко, блестит, другим надо, — берём! А мы возьмём только самое важное… Он и не заметит!
Над варом поднялся парок, я задумчиво сдула его — перегрела, заслушавшись.
— И за чем же таким важным ты охотишься, что без ведунки боишься его забрать?
— Я? Боюсь?! — если бы рыжий мог, он бы вскочил и принял героическую позу. Но мог он лишь уязвлённо пыхтеть.
— Иначе ты не упрашивал бы меня помочь который день.
— Может, ты мне понравилась просто, — нагло заявил он. — Хочу открыть тебе мир, полный приключений!
— Угу, я так и поняла. А ещё, полагаю, на сокровищнице магический замок.
— А ещё на сокровищнице магический замок, — покорно согласился вор. — Но одно другому никак не противоречит!
Магически нагретое зелье и остывало быстрее. Я села в изголовье кровати, придержала кружку у болтливого рта и, пока он был занят, повторила вопрос:
— Так на какой артефакт ты нацелился? — ясно, что картины, вазы и драгоценности вора не интересовали. Этого добра навалом и в куда менее охраняемых местах. А вот чтобы украсть колдовскую вещицу, действительно стоит привлечь колдунью.
Вор сощурился на меня поверх глиняного ободка, а потом его глаза понимающе расширились. Стоило отнять кружку от губ, он возмущённо понизил голос:
— Ты меня опоила?!
— Ну разумеется! — я макнула палец в остатки вара, задумчиво облизала. Да, и правда горьковато вышло. Если для себя придётся готовить, добавлю стевию.
— Я хочу тебе всё выложить как на духу!
— Ну так не сдерживайся, бельчонок, облегчи душу! — подзадорила я.
— Но я никому и никогда не рассказываю весь план!
— М-м-м?
— Ты сварила зелье правды? — Вис приподнялся, заглядывая в чашку, словно надеялся рассмотреть в ней рецепт.
— Не мели чепухи. Зелья правды не существует. Эффект от вара схож с опьянением, а болтун ты и так отменный.
— Знаешь, когда я был ребёнком, в отцовском саду частенько прогуливались сёстры с подружками. Они думали, что никто не видит их за оплетённым лозой заборчиком, и позволяли себе нежиться на солнце, задирая юбки выше колен…
— Твоё трагичное детство меня не заботит, — оборвала порыв откровенности я. — И не надейся, что зелье потеряет эффект прежде, чем ты опишешь предыдущие двадцать лет своей жизни. Какой артефакт ты хочешь спереть у этого вашего принца?
— Воровское счастье, — оттарабанил рыжий и сразу прикрыл рот, но что уж? Обратно в него слова не запихнёшь.
— Не стесняйся, бельчонок, рассказывай, — я поднесла к лицу остатки вара, но Вис отпихнул чашку, продолжил говорить размеренно и по собственной воле.
— Это камень, похожий на рубин. Размером с петушиный гребень. Приносит владельцу удачу во всех начинаниях, помогает выскользнуть из виселицы, сбежать из самой глубокой… — вор запнулся, — из самой охраняемой тюрьмы. Я украл его у одного человека.
— А теперь хочешь украсть у другого, я в тебе не сомневалась.
— А теперь, — Вис нахмурился, впервые со дня нашего знакомства выглядя серьёзно, — теперь я хочу его вернуть предыдущему хозяину.
— Плохо же вы следите за своими богатствами. Такой артефакт надо беречь как зеницу ока, а вы… «украсть-вернуть»… Тоже мне, профессионалы, — фыркнула я.
