— А я рад, что мы сумело тебя найти. Если бы не наш новый друг, — Марк кивнул на Шалли, — мы проехали бы мимо. Но он поднялся на утес и произнес речь…
— Только не заводи его снова, — попросил Феррагамо, с беспокойством взглянув на отшельника. — У меня и так голова уже гудит.
Марк улыбнулся, вспомнив действие речей Шалли.
— Тебе уже лучше? — спросил он.
— Лучше, чем что? — переспросил Феррагамо.
Марк засомневался.
— Я рад, что ты можешь есть, — торопливо сказал он.
Зеленые глаза мага уставились в миску.
— М-м-м, еда хорошая. Я не ел такого с тех пор, как Кория была здесь.
Сомнения не улеглись.
— Кстати, как она? — спросил Феррагамо. Глаза его увлажнились.
— Кория? С ней все в порядке. Я видел ее в последний раз тогда же, когда и ты.
— И правда. Что-то я поглупел.
Феррагамо снова занялся своим завтраком, а Марк украдкой взглянул на отшельника. Но тот безмятежно улыбался. Маг отставил пустую миску в сторону.
— По-моему, нам пора трогаться. Ты что, раздумал идти в Стархилл? — обвиняющим тоном произнес он.
— Ну что ты, конечно, нет. Мы ведь все здесь. Сов передал нам твое послание. Но сейчас идти нельзя. Ты слишком слаб.
— Я никогда не был сильнее, — отрезал маг. Лицо его стало гневным, но тут же расплылось в улыбке. — А потом, нам там кое-что надо сделать.
— Снаружи гроза, — сказал Марк. — Мы даже с горы не спустимся.
— Да? — переспросил Феррагамо. — Тогда я по сплю. — Он немедленно улегся и захрапел.
Шалли выставил Марка из грота, и принц отправился разыскивать более подходящего собеседника Он был так потрясен, что был бы рад поговорить с кем-нибудь, кто уверил бы его, что Феррагамо не свихнулся.
Беспокойство Марка не прошло даже тогда, когда все прочие оптимистично заверили его, что странности в поведении мага вполне можно объяснить болезнью и что со временем он несомненно поправится «Времени-то у нас как раз и нет», — подумал он.
Все утро бушевала гроза, и путешественники обследовали лабиринты пещеры, рассказывали друг другу байки и ели.
Днем Шалли еще раз привел Марка в грот Феррагамо. Лицо мага слегка порозовело. Он улыбнулся, заметив встревоженный взгляд своего воспитанника.
— Наш последний разговор не получился, — извиняющимся тоном сказал Феррагамо. — Не обращай внимания.
— Что с тобой произошло?
— Это долгая история.
— Если не можешь рассказывать…
— Ну почему же? Я не прочь поговорить, только не хочется повторять по десять раз. Может, позовешь остальных?
Марк бросил взгляд на Шалли, закрывавшего вход.
— Брату моему я все объясню сам, — усмехнулся Феррагамо, — а ты зови всех сюда.
Слова Феррагамо явно возымели действие, потому что отшельник даже не пытался протестовать, когда Марк вернулся с Фонтейной, Ансаром, Шиллом, Ломаксом и Дургом.
— Я бы на вашем месте не стал подходить ко мне слишком близко, — Феррагамо загадочно улыбнулся.
Он внимательно выслушал рассказ об их путешествии и об известиях от Мороскея. Потом, явно довольный, согласился рассказать собственную историю.
Расставшись с Марком и Заником в Ясеневой Роще, Феррагамо отправился вслед за четырьмя солдатами в таверну, надеясь вызнать что-нибудь из разговоров. Ничего полезного он не услышал и уже собирался уйти, когда вдруг оказался втянутым в спор между солдатом и одной из служанок. Ее обвиняли в том, что она недодала сдачу. Мага схватили за руку.
— Эй, старик, будешь свидетелем! Ты видел, сколько монет я ей дал. — Солдат взглянул Феррагамо в лицо, и глаза его сузились. Маг пробормотал, что ничего не видел, и поспешил убраться оттуда. Но не успел он добраться до двери, как из коридора выскочили несколько мужчин и схватили его. Один из них выбил у него из рук посох, а другой зажал рот дурно пахнущей тряпкой.
— Вдохни-ка поглубже, — злорадно посоветовал он. — Ты будешь хорошеньким подарком королеве.
Феррагамо очнулся в маленькой, похожей на келью, комнате. Здесь было так темно, что он едва различил миску с едой и кружку, которые кто-то торопливо сунул к нему в камеру. Есть маг не мог, а вот в горле саднило так, что он с жадностью накинулся на воду. К сожалению, он слишком поздно различил горьковатый привкус и, проклиная себя за беспечность, провалился в очередной наркотический сон.
На следующее утро его вывели на улицу и посадили на коня. Несколько солдат с лицами, лишенными выражения, обращались с ним с большой опаской, хотя маг едва стоял на ногах. Его привязали к седлу и куда-то повезли в сопровождении солидного отряда стражи.
Феррагамо то впадал в забытье, то приходил в себя. Однажды он почувствовал, как магия Стархилла пытается проникнуть в его сознание. Попытка не удалась, но пирога при нем не было, как не было и другой защиты против столь мощного воздействия.
Утром, очнувшись в очередной раз, маг ощутил, что у него в кармане, в том месте, где руки прижимали к телу веревки, лежит какой-то маленький предмет. Феррагамо все-таки удалось вспомнить, что это такое, и пот тогда в голове у него начал зреть отчаянный план.
