— Что с Ольгой?
Это был первый вопрос, заданный Ярославом, когда он — обтрепанный, грязный и измотанный до предела, возник на пороге дома Зобова, где сам Герман Игнатьевич в компании капитана Буруна ожидали его появления. По обоюдному согласию о деле не говорили. Зобов не возражал против присутствия Верменича, тем более что его информация в немалой степени касалась и Ярослава. Ждать пришлось не так уж и долго...
В ответ на вопрос Сергей только покачал головой.
— Сергей, у тебя деньги с собой есть?
Бурун заглянул в бумажник, скорбно вздохнул.
— Так... копейки. А много надо?
— Десять штук.
— Позвольте ссудить вам, уважаемый Ярослав Борисович... — вскинулся Зобов.
— Благодарю, Герман Игнатьевич, — не стал жеманничать Ярослав. — Я непременно отдам...
— Что вы, не стоит беспокоиться, — странно усмехнулся дед. — Такая малость... Я так понимаю, надо заплатить водителю? Сей момент...
Он исчез за дверью, на ходу шурша купюрами. Сергей вопросительно взглянул на Верменича... Тот картинно развел руками. Десять тысяч для пенсионера — мелочь? Забавные вещи узнаешь иногда о своих соседях.
Дед вернулся буквально через пару минут. Выглядел он несколько удивленным.
— Мне казалось, получая столь приличную сумму, обычный человек должен выражать больше э-э... положительных эмоций.
— Он всего лишь выполнил работу, — буркнул Верменич.
— Добровольную? — одними губами прошептал Сергей. И добавил уже громче: — Чай будешь?
— Буду. И что-нибудь поесть... Сергей, расскажи... все, подробно... я должен знать.
Рассказ Буруна о визите атлантов и гибели Ольги Ярослав выслушал молча, лишь время от времени бросая косые взгляды в сторону безмятежно прихлебывающего чай пенсионера. А тот не пытался встрять в разговор и лишь загадочно улыбался.
Фактически рассказ Буруна был не слишком насыщен подробностями, хотя он и понимал, что сейчас Ярославу нужна каждая деталь. Но лучше, если более информативный разговор состоится без свидетелей. Он так и не разобрался еще, как вести себя с Зобовым. Старик — если судить по телефонному разговору, полному намеков и обещаний — располагал некоей информацией, которой располагать не должен был. И явно не торопился ею делиться, предоставляя возможность поговорить своим более молодым гостям.
Поэтому Сергею пришлось быть достаточно кратким и изложить только официальную версию — неизвестные убийцы проникли в дом, пытали женщину... По заключению медэксперта смерть наступила от остановки сердца, вероятнее всего — от болевого шока. Сами по себе причиненные ей увечья не были смертельными, но боль причиняли страшную. Хотя Ольга и выглядела много моложе своих лет, но выносливость ее была уже не такой, как в юности. Обыск практически ничего не дал — если не считать многочисленных отпечатков пальцев, принадлежащих хозяевам дома и их редким гостям. Что похитили — а, по мнению следствия, проникновение в дом и пытки имели своей целью именно ограбление, — тоже сказать было трудно. Подвал перевернут вверх дном, все остальное цело.
Ничто из сказанного не представляло собой особого секрета для Зобова. И понятым его приглашали, и на опознание Буруна его водили, так что некоторое представление о ходе расследования он имел.
— В общем, сейчас тебя считают если и не подозреваемым номер один... да что там говорить, лучше тебе сейчас не попадать в руки следователей. Вопросов у них накопилось более чем достаточно, а алиби, как я понимаю, у тебя нет и в помине?
— Кто это сделал? — прошипел Ярослав, не собираясь отвечать на риторический вопрос. Он сейчас был не в той форме, чтобы понять все то, что Сергей пытался ему сказать между строк.
— Пока преступников установить не удалось, — уклончиво протянул капитан, взглядом прося у Стража прощения. — Но поиск идет...
— Бросьте, уважаемый Сергей Павлович, — не выдержал Зобов. — Вы прекрасно знаете, кто именно убил Ольгу Олеговну... не хотите говорить при мне? Кажется, я дал вам понять, что знаю достаточно...
— Хорошо, гражданин Зобов. — Тон Сергея стал официальным, с легким налетом угрозы. — Вы в том телефонном разговоре намекнули, что в самом деле что-то намереваетесь мне сообщить. И, быть может, сейчас тому самое время? Доверие за доверие, как вам такой размен?
Верменич переводил мрачный взгляд с Сергея на старика и обратно.
— Ну ладно, — кивнул пенсионер. — Раз вам так будет угодно... Не угодно ли еще чайку, господа?
