Раньше такое решение не рассматривалось в принципе, хотя отражение атак Измененных всегда было связано с серьезными потерями. Биологический дезинтегратор, разработанный в незапамятные времена, не был применен даже во время войны с Архонтами... правда, в основном из тех соображений, что вместе с Архонтами биодез смел бы с лица планеты весь континент. В лучшем случае. Использование этого оружия было сочтено этически недопустимым — и если теперь Совет все же решился извлечь биодез из хранилища, значит, дела и в самом были плохи. Очень плохи.
— Накрыть зону капсулирующим полем, а затем активировать биодез, верно? — Яр покачал головой. — Учитывая разницу в напряженности магических потоков, основную силу взрыва затянет туда, к ним... Выжжет все на тысячи километров отточки разрыва. Если у Измененных есть готовые к вторжению свежие войска, от них не останется и пепла. Думаете, это надолго прекратит их атаки?
— Это, — координатор явственно выделил слово, — не прекратит. Поэтому решено применить первый биодез... тот самый, опытный экземпляр.
Яр ощутил, как холодная волна пробежала по спине.
— Да они что там, в Совете, с ума посходили? — рявкнул он, на мгновение забыв, что перед ним как раз и находится полноправный член Совета Рианна. — Эта дрянь угробит их планету полностью... и нашу заодно.
Это не было преувеличением, многие читали отчет экспертной комиссии, осматривавшей тот самый, первый биодез, изготовленный на основании весьма неточных расчетов, созданный в основном по наитию. Этот кошмар, мощность которого невозможно было определить даже приблизительно, хранился в самом защищенном месте планеты, в Бункере запретного знания, окруженный десятками колец безопасности технологического и магического характера. Один раз в пятьдесят лет снимались внешние контуры защиты, внутрь запускалась бригада специалистов, после чего внешняя защита вновь активировалась и снимался следующий слой обороны. От безопасной зоны до самого биодеза было всего сто пятьдесят шагов, и эти сто пятьдесят шагов эксперты шли почти трое суток. И столько же возвращались обратно.
— Послушай, Яр, — видно было, что Биранну мучительно трудно говорить. — Послушай и постарайся понять. Так надо... Пифии выдали футурпрогноз — если атаки не прекратятся... я не имею в виду сегодняшний штурм, я имею в виду, если в течение ближайшего года-двух будут еще хотя бы две-три подобные попытки, то... в общем, Граница не выдержит. Начнется масштабный прорыв. Не локальный... Яр, пойми, речь уже не о планетах, могут погибнуть оба мира, полностью.
— Вероятность прогноза?
— 0,97.
— Сколько? — Яр удивленно вскинул брови. — Это смешно, Биранн, пифии даже восход солнца предсказывают с вероятностью не выше 0,92.
— Расчет делал сам проктор Траннер, — сухо сообщил Биранн, не замечая, что он, член Совета и координатор сектора, отчитывается перед рядовым в общем-то техномагом, даже не командиром боевого отряда. — Он умер. Сжег мозг во время анализа. Но сказать успел.
Это было серьезно, очень серьезно. Проктор Траннер, лучший прогнозист планеты, еще ни разу не ошибся. Его талант был объявлен национальным достоянием и использовался только в самых крайних случаях. Если Совет пошел на то, чтобы привлечь к расчетам Траннера, да еще и со смертельным риском для его жизни...
Теперь понятно, почему так и не подошли подкреплении. Все они, вся элита техномагов, воинов и боевых волшебников Рианна сейчас там, на Границе, где будут установлены генераторы капсулирующего поля. Принципы работы генераторов Яр в общих чертах знал. Сначала несколько часов входа в рабочий режим — в это время генераторы чрезвычайно уязвимы, а поле — вполне преодолимо и магически, и физически. Потом — мгновенный скачок напряженности защиты, генераторы целиком трансформируются в энергию и мертвенно-белая полусфера отрежет часть мира навсегда, Бойцы из его отряда, и все остальные, что сегодня сложили головы, не более чем заслон. Заслон, который не позволит демонам приблизиться к генераторам до их готовности.
— Многих удастся спасти? — тихо спросил он.
— Многих, — вздохнул Биранн. — Человек двести с ранениями доставлены за пределы зоны капсуляции. Остальные уйдут порталами, в последний момент.
— И когда он наступит?
— Он уже наступил, Яр, — тихо сказал Биранн. — Сейчас отступают все уцелевшие отряды. Но дело... понимаешь, дело в том, что...
— В том, что биодез нужно активировать именно в момент появления разрыва в Границе? — Голос Яра был спокоен, он уже все понял. — А значит, вручную. Приборов, способных засечь разрыв, еще нет.
— Ты прав.
— Значит, кто-то из Стражей должен остаться. Я готов.
— Знаю, все вы, Стражи, готовы... всегда готовы. — Биранн упрямо отводил взгляд в сторону. — Прости, Яр, ты сейчас единственный. Если был другой выход, я бы... но трое тяжело ранены, еще двое — совсем дети. Остальные погибли. Понимаешь, я...
— Я все понимаю, Биранн. — Яр сжал локоть друга. — Ты прав, так надо. Порталы односторонние, взрыв биодеза может ударить в их мир только через разрывы Границы, и никак иначе. Я все сделаю...
