— Только теоретически… Но все сильнейшие маги служат престолам, а для подобного нужно немыслимое могущество. Я, вероятно, после долгих лет подготовки смог бы провернуть подобное, но обойти клятву — никак. То есть этот маг должен быть вне добра и зла… Честно говоря, я не готов исчерпывающе ответить на ваш вопрос.
— И не надо. Мне хоасси говорили то же самое. — Господин Таш кивнул, подтверждая. — Если такой маг существует, он знает наверняка, что черная кровь не подходит для белого престола, иначе убивал бы всех подряд, а он явно просто отвлекал внимание от ваших дел. В общем, отставим пока. Я все же хочу услышать последнюю гипотезу.
Лир-Дан долго молчал, потом подошел ближе и заговорил шепотом, хотя ближайшим все равно было слышно:
— Последний способ самый радикальный. Падение света погасит тьму, падение тьмы погасит свет — тут все ясно. Потому что они находятся на разных полюсах и уравновешивают друг друга, как грузы на весах. А если разом падут оба престола, то равновесие не будет нарушено. Опять теоретически. Новый мир перемешает в себе добро и зло, он станет совсем другим, но не рухнет.
Господин Таш воскликнул:
— Что?! Вы предлагаете разрушить черный престол одновременно с белым? — Лир-Дан ему не ответил, он пристально смотрел на Николая. Таш не унимался и озвучивал мысли всех черных, даже шорсир нервно заелозили на месте: — Да ведь нет никаких гарантий! И мы этого не допустим, слышите? Мы, тринадцать хоасси, встанем на защиту его и ляжем там, если потребуется, но не подпустим ни одну из белых гнид к источнику тьмы!
Николай ответил ему спокойно:
— Угомонитесь, господин Таш. И так всем известно, что вы этого не допустите — вы же принесли клятву. Тогда давайте делать все что угодно, чтобы эта гипотеза больше не была произнесена вслух.
— С превеликим удовольствием, мой лорд! — Таш злобно скривился. — Надо поспешить обратно. Пусть Тайгон проверит, спасет ли его кровь всех нас.
Николай удивился:
— Почему не я? Может, сразу слетаем до белого замка?
— Нет, мой лорд, сначала мы убедимся, что белые не замыслили ничего такого против нас. А они замыслили! Нет, мы отправим в прогнившую обитель света Тайгона. Вы цените его, я в курсе, но лучше мы потеряем Тайгона, чем вас.
— Прогнившую обитель?! — неожиданно яростно взвился Лир-Дан. — Кто бы говорил! В белом замке царит добродетель! Вам бы поучиться!
— О, это я заметил, неуважаемый. Из-за этой вашей добродетели ни одного наследника не найти, верно? Из-за нее же ваш святоша кинулся на первую женщину, которая не корчит из себя сундук благости? Вы там на стены еще не лезете, подальше от добродетели? Может, к вам консультантов послать, чтобы объяснили, откуда берутся дети и что своих жен можно иметь не только в миссионерских позах?
— А-а-а, черная мразь будет меня учить жизни? Как мило! Вернусь-ка я домой и обзаведусь сотней любовниц, залью чрево пьянящей жидкостью и примусь выплясывать демонские танцы, убивая по одному слуге в час забавы ради! Всю жизнь мечтал погрузиться в разврат и жестокость, вот только вашего сопливого совета ждал!
— Сделайте себе одолжение, милейший! Последний день мира не за горами, то-то потом жалеть будете, что провели сотни лет в молитвенных песнопениях!
Николай вскинул руки и заорал:
— Хватит! Хватит уже! Или вы мудрецы только в своих советах? Подумать не даете. Но знаете, вы в чем-то оба правы… позже сформулирую, а пока к делам. Итак, Лир-Дан, я пошлю в белый замок своего брата. Требую, чтобы его не наряжали в белое и не провоцировали комплиментами. Он хоть и не профессиональный убийца, но характер у него тяжелый, как у всех черных.
Старик мигом успокоился:
— Да, лорд, прошлый опыт нас многому научил. Благодарю.
— Пока не за что. Даю слово, что буду содействовать вам в поисках решения.
— И за это благодарю! Снова хочу подчеркнуть, вы не просто черный лорд, вы лучший из них.
Николай продолжил с большим нажимом:
— Не просто так! Позже я выдвину требования о торговле — и вы их примете. В черной империи просто нет условий для выращивания необходимого объема зерна…
— Зато есть условия для грабежей, — буркнул старик себе под нос. — Это, наверное, от плохой урожайности. Ладно, мы их примем, хотя никакой торговли раньше не было — и я не имею представления, что из этого выйдет. Но даю слово, что буду содействовать вам во всем. При всей моей нелюбви к… Нет, я все-таки спрошу. В чем причина ваших странностей, лорд? Это уже слишком сильно бросается в глаза, я не могу не поинтересоваться.
Николай не видел смысла скрывать:
— Я родился и вырос в другом мире. Вы ведь тоже можете путешествовать по мирам?
— Да, конечно, наши лорды могут… могли открывать врата… Постойте, в каком именно мире?
— Понятия не имею, как он называется. Земля, Солнечная система и прочее бла-бла-бла, но давайте сначала этот мир спасем, а потом уже обменяемся впечатлениями.
На том и разошлись.
