- Достали уже, эти шутники! – в ответ напарник оскалился, раздраженно схватил сумку с ленты.
- То кирпичи положат - то мочи нальют. В прошлый раз, вообще! - улей засунули с пчёлами - неделю ходил с опухшей мордой!
- Сейчас устроим, вам - бомбу! Дошутятся - скотиняки! На всю жизнь запомнят Василия Петровича! В горло не полезет выдумывать, такое! За всё ответят - гады!
Обиженный работник быстро расстегнул замки-молнии. Резко вытряхнул содержимое на пол. (Включая будильник, который громко и подозрительно тикал). Остервенело, потоптался на пустом каркасе сумки. Пнул ногой часы. После чего бросил в погрузчик истерзанные остатки.
Пёстрые лучи восходящего на востоке солнца окрашивали хлопья облаков в буро-малиново-серые цвета. Огромные, пушистые, словно набитые ватой, небесные сугробы лениво тянули руки к самолету и, достигнув его, моментально проносились мимо. Над соплом, у иллюминатора, текла невидимая струя тепла - воздух в ней точно плавился.
Впереди железной птицы, в кабине пилотов, напряженные лица лётчиков едва освещаются множеством шкал на приборных панелях. В наушниках, наполовину прикрывающих уши, слышен постоянный шум, треск, переговоры пилотов между собой и диспетчером.
На борту всё спокойно. По проходам неспешно передвигаются тележки. Улыбаются миловидные стюардессы, предлагают на выбор напитки. Отвечают на вопросы. Раздают свежую прессу.
За окнами холодный, пустой, совершенно безжизненный мир. Мир, в котором безумно несётся огромная конструкция из металла, хищно ревут двигатели, отбрасывая назад струи выхлопных газов серебристого цвета.
Мрачного вида мужчина, в спортивных штанах, в звёздно полосатом свитере, с большим баулом в руках, появился из уборной в хвостовой части лайнера. Его лицо по самые глаза было замотано тканью. На голове спортивная шапка с надписью «U S A».
Шумно выдохнув, он поставил поклажу на пол. Нагнулся. Чуть ли не с головой залез внутрь сумки. И к удивлению пассажиров, вытащил наружу ручной пулемет М249 с вставленной в него длинной пулемётной лентой.
Джон Рэмбо деловито накинул ремень на плечо, выругался, передёрнул затвор и не целясь от пуза, начал поливать горячим свинцом проход самолета. Загрохотало так, что у половины салона заложило уши. Горячие гильзы горохом посыпались, запрыгали, заскакали по полу.
Пассажиры в ужасе заметались, закричали, начали вжиматься в кресла, пригнули головы. Одинокая тележка покатилась по коридору.
- Иди, сюда! - пришелец вытащил за шиворот из-за занавески упирающуюся стюардессу.
- По-американски, понимаешь? - захватчик прохрипел по-английски с ужасным акцентом, особо выделяя слово
- Немедленно переведи - самолет захвачен специальным агентом центрального разведывательного управления США полковником Полом Андерсоном. Всё серьёзно! Пусть даже не вздумают шутить со мной. Малейшее неповиновение и вместо холостых начну стрелять боевыми. Переговоры веду только с тобой. Понятно? Никаких переговорщиков, никаких посредников и прочих психологов-мозгодёров. Иначе стрельба на поражение!
- Да, да, да - конечно, - худенькое, обтянутое короткой юбкой тело девушки трепыхалась в поднятой руке угонщика подобно пойманному за шиворот щенку. Руки дрожали. Губы посинели.
- Далее... Уводи пассажиров из хвостового салона. Пилотам передай - меняем направление. Никокого Владивостока. Курс строго на Юг. Место посадки – Турция. Город Стамбул. Исполнять! Бегом! Немедленно! Вернёшься - скажу, что делать далее.
....
Исполнив поручение, трясясь от страха, переговорщица вернулась обратно.
- Уважаемый, Пол. Мы сменили направление полёта. Летим на Юг. К сожалению, не можем выполнить второе требование. Долететь до Стамбула у нас не хватит горючего. Максимум, где можем сесть – Адлер, Сочи, Симферополь.
- Ты не врешь? - брови захватчика образовали единую страшную полосу.
- Нет, ноу - как можно?
- Э-э-э, какой америки?
Медленно, выкатив глаза, он начал повторять... - Гимн… Грейт Юнайтед стейтс оф таки мать её об косяк... Америки! Андестенд? Понимать меня?! - он нервно задёргал затвором страшной бандуры.