Я знаю, что жизнь жестока. За все в ней нужно платить. Никто не подаст руку помощи просто так. Даже в самый тяжелый момент и даже те, кому веришь безоговорочно! Одни друзья родителей чего стоят!
Но…
Почему слезы наворачиваются на глаза?
И внутри становится так погано, так мерзко, как будто там целая помойная яма!
Видимо, я тоже придумала себе принца! Ничем не лучше, чем маленькая наивная малышка-Рая.
Где-то в глубине души поверила, что Евгений совсем не такой! Увидела в нем силу и благородство… И… Чего уж там! Надо признать, что на него откликается не только мое тело! Но и сердце! Как бы я ни пыталась загнать это чувство обратно вглубь!
Мне бы хотелось… Чтобы он стал со мной другим! Чтобы у нас все вышло иначе! Без его подкупов этих бесконечных! Без проклятых денег, без которых, увы, в нашем мире прожить нельзя! Если бы только не сестренка…
Плюнула бы ему в лицо. Развернулась бы и ушла!
Но не могу… Ох, черт! Как же горько! Даже вкус горький во рту появился. Скапливается внутри, разгоняя сладкое безалкогольное вино!
– Игра в доброго принца закончилась, да?
Пытаюсь оттолкнуться от него обеими руками.
Но не выходит. Мощное тело мужчины прижимает меня слишком сильно.
– Перестал играть в рыцаря? И в попытки меня купить? Наконец показал свое истинное лицо, правильно, Солодов? Берешь все, чего хочешь! А если не можешь получить по доброй воле, возьмешь силой!
– Целуй!
Его голос звенит яростью. Такой, что меня покрывает ледяными мурашками.
Ладно.
Похоже, я зажата в угол. В прямом и переносном смысле слова!
И Солодов не делает ни единой попытки мне помочь! Даже не отрицает того, что я сказала!
Ну и черт с ним!
Ничего он не получит! Мою душу, так точно!
Максимум, холодное тело. Которое под ним будет ледышкой. Буду лежать и смотреть в потолок. Терпеть его потуги. Может быть, даже всплакну. Оставлю его после такой жаркой страсти импотентом! Или ему даже это не важно? Главное, просто взять свое?
Хотя… Сейчас в нем не видно ни капли страсти, если не считать огромной дубины, врезающейся прямо в мое тело…
Поднимаюсь на цыпочки.
Закрываю глаза, чтобы не видеть ледяного лица, которое уже успело отпечататься в меня в самом сердце. Крепких рук и груди, в которых мне бы хотелось спрятаться от всех бед мира.
С трудом дотягиваюсь до подбородка.
Мажу губами по краю нижней губы.
– Плохо целуешь.
Ледяной голос лупит сталью.
– Как умею!
Выдыхаю со злостью.
– Значит, учись!
Черт бы его побрал!
Снова поднимаюсь на цыпочки. На самые пальчики ног. Насколько могу высоко. Так, что еще чуть-чуть, и свалюсь.
Прижимаюсь губами к плотно сжатой линии его губы.
Глыба. Ну натурально. Самая настоящая ледяная глыба, вот он кто!
Даже распахиваю глаза.
Это правда Солодов? Тот самый, который так жарко на меня набрасывался? Может, он уснул? Или вообще? Умер?
– Доволен?
Распахиваю губы, чтобы задать ехидный вопрос.
Но… Не успеваю.
Его руки вдруг резко впечатываются в мои бедра. Рывком дергают на себя на сильно, что воздух вылетает из груди!
А губы распахиваются. Набрасываются на мой рот жарко. Напористо.
Просто обрушиваются, сминая. Вышибая из меня последний воздух! До самых настоящих искр из глаз!
Он накрывает меня ими на полную мощность.
Властно раздвигает рот языком. Толкается внутри до самого горла. Жадно. Неистово. С какой-то даже дикой яростью.
А его руки… Они по всему моему телу.
Нагло забирается под топик. Обхватывают чуть налившуюся грудь…
– Ты что творишь…
Выдыхаю прямо в его рот.
Но Солодов не останавливается.
Его руки становятся нежными. Дразнящими. Ласкающими так сладко! Каждое движение будоражит. Заставляет прогнуться и самой одержимо отдаваться его поцелую. Язык больше не таранит. Выписывает внутри меня какие-то свои узоры.
Скользит по небу, вызывая миллион мурашек и вспышек. Как будто у меня во рту взрывается то самое шипящее шампанское.
Проводит по деснам.
Захватывает в плен мой язык, чуть посасывая его.
Я полыхаю. Вспыхиваю, как факел.
Перед глазами темные круги и яркие вспышки.
Сама не понимаю, что творю.
Извиваюсь всем телом в его руках. Льну в поцелуе, обхватывая руками его мощную шею.
Он крепко толкается в меня бедрами. Тараня своим каменным желанием. Там все пульсирует и дергается.
И я стону и захлебываюсь. Чувствую, как внизу живота собирается тугой спазм.
– Женяяяяяя….
Выдыхаю, а его язык прижимает мои губы. С силой обводит обе. Спускается вниз. По подбородку. По шее, чуть прикусывая кожу.
Я распластана под ним.
Не замечаю, как оказываюсь на столе. Выгнутая всем телом.
Стону и мечусь под его руками. Под напором его губ. Даже глаза закатываются, а ногти впиваются в его рубашку.
Его рот уже не терзает меня. Но дышать все равно нечем. Совсем!
А его губы уже скользят по моему животу. Язык с силой толкается в пупок, усаживая меня на стол повыше.
Его ладони мнут мою попу. А огромное желание трется между ногами, вызывая там самый настоящий пожар…
Я полыхаю. Грудь ноет и простреливает позвоночник от каждого нового касания!
Что он делает? Что он со мной творит?
Все мысли гаснут от каждой новой вспышки чего-то неуемного. Урагана, который Солодов так легко разбудил в моем теле!
Его пальцы ныряют под трусики.
