Когда ее глаза широко распахиваются, а после задурманиваются окончательно.
Голову откидывает, и я почти вгрызаюсь в ее шейку.
– Смотри. Смотри на меня, – шепчу, чувствуя, что тайфун внутри меня только разгорается.
Ее хочется все больше. Все сильнее. Даже когда вот так. В ней. На максимум.
Черт! До боли прямо хочется!
Возвращаюсь к губам. Пожираю свою сладость. Повторяю те же движения, что и внизу.
Дурею. Просто дурею, когда ее язычок сплетается с моим. Ударяет по нему, а после… Ох, черт! Она прикусывает его своими острыми зубками.
И нас обоих взрывает.
Мощно. Крепко.
Обхватываю ее спину руками.
Вжимаю в себя на максимум.
Весь номер ходит ходуном. Дрожит от наших жадных криков. Ненасытных стонов!
От того, как с влажными шлепками мы ударяемся друг об друга.
Пока просто не валимся на постель.
– Одуреть, – шепчу, притягивая ее, совсем размякшую, к себе.
– Ты точно. Родилась, чтобы свести меня с ума! Но я не против. Черт с тобой! Своди! Окончательно и бесповоротно!
Шепчу, покрывая ее всю поцелуями.
Жадными и ненасытными. Как будто и не было у нас ничего только что!
Я снова готов. Хочу. Хочу ее до одури! Глаза мне затмевает!
Особенно сейчас. Разомлевшая. С сорванным дыханием. Еще постанывающая. Дрожащая. И там. Внутри. Тоже!
– Сладкая…
Шепчу, снова опрокидывая ее на спину.
Наклоняюсь. Провожу губами по щеке так что губы обжигает.
И…
Офигеть!
Она что?
Уже спит?
В моей постели еще никто не засыпал!
Ладно. Простим промашку! В конце концов, для нее все в новинку! Или это так у беременных? Отрубаются прямо на… Черт, ну ладно, на ходу! Но не на новом забеге же!
Ушатал я ее? Вот так? С двух разочков? Измучил?
Ладно.
– Спи. Спи, маленькая, – нежно провожу пальцами по ее раскрасневшейся щеке.
Никто во мне такой страсти никогда не пробуждал. Но и такой нежности тоже!
Точно. Совсем с ума свела!
Я рад даже тому, что просто спит рядом! Ее тихому дыханию!
Замыкаю девочку в капкан своих рук.
Не сбежишь. Не вырвешься. Уже никогда!
Сладкая! Но только для меня!
Никаких больше работ! Еще чего! Вообще.
В доме закрою и никуда не выпущу! Не хватало мне еще, чтобы на мою девочку мужики наглые пялились! Я за одни мысли их всех уже убивать готов! А мысли я их прекрасно знаю! Сам такой!
Таня
Просыпаюсь, чувствуя, что невыносимо жарко. И дышать почти нечем. Что-то стягивает мне грудь! Меня всю!
– Женя?
Моргаю, понимая. Что этот медведь обхватил меня своими огромными ручищами так, что не вырваться. Еще и ногами. Тоже. На бедра мне их забросил!
Я в самом настоящем капкане!
В тисках из одних каменных мышц! Ой, мамочки!
Между ног тянет. Печет немножко. Но… Как-то так сладко…
Пытаюсь пошевелиться. Дергаю бедрами. Тут же чувствуя, как что-то внутри начинает пульсировать. А в ягодицы мне упирается кое-что очень! Очень большое и твердое!
Оххххххх….
Заливаюсь краской. Прямо до боли по всей коже.
Перед глазами плывут картины того. Что вчера было. Что мы вытворяли!
Мне это ведь не приснилось?
Ой. Точно нет!
То, что мы без одежды, а его каменная плоть упирается прямо в мою, говорит о том, что это был совсем не сон!
Солодов таки добрался до меня, и…
И поверил? Я все ему рассказала? Или мне это тоже приснилось, потому что было нереальной мечтой, которой не суждено сбыться?
– Не ерзай, – хрипит мне прямо в ухо наглый голос, заставляя покраснеть еще сильнее и покрыться мурашками.
– Или хочешь мне снова отомстить. Ммммммммм?
– Женя…
Выдыхаю, даже забывая о том, что только что мне было так трудно дышать.
– Ты доиграешься!
Хрипло шепчет мне на ухо, нещадно щекоча меня своей щетиной.
И…
Вдруг резко дергает на спину. Наваливается. Нависает надо мной, придавливая тяжестью своего тела.
– Оххххх…
Только и выдыхаю.
Черт!
Как же он безумно красив! Особенно сейчас! Когда не хмурится. Не надевает на лицо эту свою каменную маску. Смотрит так отрыто. Прищурясь. С искорками… Но… Ох… Совсем не похож он на довольного огромного сытого кота! Вот нет!
Наоборот! Похож на тигра, который готов зарычать, и…
Зубами утащить в свою берлогу!
– Болит?
Спрашивает тихо. Нежно. Смотрит с лаской, слегка проводя губами по моим.
– Где?
Вырывается само собой.
Он предательски пользуется моментом.
Раздвигает мои распахнувшиеся губы еще сильнее. Нагло проводит языком по деснам. Обводит их прямо там, где начинаются зубы.
Сжимаюсь. Даже пальцы на ногах сгибаются до боли…
Ой… Что же я вчера вытворяла! С ним…
Стискиваю бедра, чувствуя там засохшую жидкость. Она чуть стягивает кожу. Доставляет дискомфорт.
Здесь все пропитано сексом. Запах одурительный. Бьющий по мозгам. Сводящий с ума.
Когда придут за нами здесь убираться, сразу станет ясно. Чем мы тут занимались!
Черт, черт, черт!
Мне хочется сбежать. Спрятаться. Зарыться с головой под подушки!
Но разве от него сбежишь?
– О чем думаешь, сладкая?
Солодов прищуривается.
– Не о том, по-моему!
Как ему удается?
Протиснуться рукой и шлепнуть меня по попке?
– Я спросил. Болит?
Его ноздри уже жадно раздуваются. Вижу, как взгляд темнеет. Начинает полыхать жадным голодным безумием.
– Немножко, – признаюсь, еще сильнее сжимая бедра.
