После мятежа, Аристон вступает в брак с дочерью Дильдара Киссой и переезжает жить в Козу. Аристону кажется, что он снова счастлив, ведь он наконец приобрёл новую семью и дом. Но император Эмилий нарушает покой молодой пары и "похищает" Аристона к себе во дворец. Вскоре, август торжественно объявлет о своём заявлении – Аристон назначается наследником престола. Но никто, даже сам Аристон, не поддерживает волю императора и считают его выжившим из ума. Во второй части Аристону снова предстоит бороться за жизнь и выжить, чтобы спасти Римскую Империю.
Приветствую тебя, мой дорогой читатель. Прежде, чем ты начнёшь читать мою книгу, хочу предупредить тебя. Во-первых, эта книга ничего не пропагандирует и носит исключительно развлекательный характер. Во-вторых, все герои вымышлены, и любое сходство с реальными людьми является лишь совпадением. В-третьих, прошу заранее извинить меня за моё невежество в области истории Древнего мира. Советую не тратить время на поиск исторических ошибок, это всего лишь фантастика, а не исторический роман. Также хочу сообщить, что время, описываемое в книге, равно примерному правлению императора Александра Севера.
На этом я прощаюсь с тобой и желаю приятного чтения!
Голубое небо затянулось серой пеленой, напоминающей свинцовую ложку. Было сыро, холодно слегка моросил мокрый и противный дождь, который шёл уже второю неделю. Явственно чувствовалось приближение осени. Это время года казалось самым омерзительным молодому легионеру Сиксту Фаусту, который был приставлен осуществлять охрану Адрианового вала.
Высокая каменистая стена, слегка покрытая мхом и несколько раз поддавшаяся ремонту, простиралась на несколько миль (117 километров) на просторах Британии, Лондиниума1*. Там, где землю покрывали густые леса, напоминающие щетину, созданную из множества пилумов2* легионеров, оборонявшихся во время боя, стена была сделана преимущественно из брёвен. Там, где деревьев практически не было, и земля была голой, стену составляли булыжники, кирпичи, а в некоторых местах даже глина и песок. Император Адриан Ульпий Траян3* воистину был великим человеком и время его правления смело можно назвать золотым веком. Сколько прекрасного он оставил в наследство римскому народу. Помимо завоеваний и покорённых народов, можно взять в качестве примера тот же Пантеон. Этот божественный храм впервые был сделан в виде куполообразной формы, что символизирует нашу планету, весь мир, всю Землю.
Легионер вытер с лица капельки дождя, которые нашли возможность забрызгать его начисто выбритое лицо, несмотря на козырёк на медном шлеме, который покрывал его голову. Парень посильнее укутался в тёплый плащ и положил ладонь на рукоять меча, чтобы удостовериться в его наличии.
Сквозь туман, который, впрочем, и создал моросящий дождь, он разглядел приближающуюся фигуру. Это был легионер Нумерий Публий, друг Сикста, который также находился на стороже вала.
– Треклятый дождь, – вместо приветствия сказал Нумерий.
– Насколько я помню, Нумерий, – начал говорить часовой легионер Сикст Фауст, – именно ты грезил поступить на службу в Испанский легион.
– Да, но…Клянусь честью весталки! Я не думал, что здесь настолько отвратительная погода.
Нумерий расстегнул ремешок под подбородком и снял шлем. Его тёмные волосы были мокрыми от пота. Фауст глубоко вздохнул и некоторое время молча наблюдал за поведением своего друга Нумерия. Но тут слух его уловил чей-то крик.
– Слышишь? – Взволованным голосом спросил Фауст.
– Что? – Не понял Нумерий.
– Кажется, я слышал крик.
– Где?
– Судя по всему, за стеной.
Нумерий замер на месте и тоже прислушался. Но криков больше не последовало. Нумерий пожал плечами.
– Тебе показалось, – сказал Нумерий.
– Думаю, следует проверить.
Фауст был ниже Нумерия ростом, поэтому ему пришлось подставить деревянную лестницу, чтобы выглянуть из-за стены. Нумерий наблюдал за тем как мучается его молодой друг и усмехнувшись, забрал лестницу и залез сам. Фауст смущённо отошёл в сторону и начал наблюдать за другом.
– Здесь никого нет, – прокричал сверху Нумерий.
Фауст прикрыл ладонью глаза от дождя, который падал с неба и увидел летящую стрелу.
– Нумерий! – Крикнул Фауст. – Вниз!
Но прежде чем Нумерий успел что-либо сообразить, вторая стрела уже успела пронзить его тело. Нумерий потерял равновесие и свалился за пределы Адрианова вала на территорию диких варваров.
– Нумерий! – Снова крикнул Фауст, но было слишком поздно.
Крики вражеского народа усилились в купе со стуком копыт и шумом усиливающегося дождя, превратившись в какофонию. Это были кельты4*.
Фауст ринулся за подмогой, крича на бегу: «Кельты! Кельты!»
Вскоре пол-лагеря было уже задействовано в кровопролитной битве, которую устроили орды варваров. Кельты уничтожали стену, круша её и поджигая, норовя пробить в ней брешь. Сотни бородатых и косматых воинов, одетых в разные одежды и перекрашенные в разные цвета, синие, зеленые, красные, осадили вал, залезая на него и спрыгивая вниз. Там их ждали пики легионеров. Но варваров становилось всё больше и больше, а живых легионеров всё меньше и меньше.
Легионер Сикст Фауст наблюдал за происходящим и понимал, что римляне проигрывают. К нему подошёл центурион и схватил за плечо. От неожиданности Сикст Фауст выхватил испуганно меч и чуть не убил собственного командира.
– Садись на коня и отправляйся в Рим, – сказал центурион. – Мы терпим поражение, наших людей слишком мало. Нужна помощь от императора.
Центурион передал мешочек с золотом в руки обескураженного легионера и узду приготовленной лошади.
– Почему именно я? – Спросил легионер.