— Я… — она замялась, а в глазах проскользнуло беспокойство. Она потёрла предплечье, будто ёжась от холода, но в комнате было достаточно тепло и даже душно. — Он… Знаешь…
Договорить Таника не успела. Взвыла сирена, моргнул свет, а в соседней комнате раздались первые выстрелы. Таника зажала уши ладонями и зажмурилась. Грейсон бросился к входной двери и зажал вход диваном за секунду, как в неё что-то ударилось. Скорее всего, плечо одного из горилл, которых они звали вышибалами. Я же бросился блокировать вход, откуда пришла танцовщица.
— Звоню ребятам, — отчеканил Грейсон, и все мы поняли, что сейчас будет жарко.
Обоссанный бомж сдал нас. И вопреки ожиданиям Грейсона, понял, кто перед ним стоял. Может, спалил по браслетам, может, по каким-то другим атрибутам, которые мы упустили. Но в любом случае, чтобы нас взять, собрались, казалось, все гнилостные отморозки района.
— Геройчики, сдавайтесь! — проорал бармен сквозь дверь. — Вам всё равно не уйти!
— Если мы вас покалечим, пеняйте на себя, — огрызнулся я.
В ответ бармен разразился смехом и завершил его прокуренным кашлем. Сразу после врубилась сигнализация или что-то похожее на неё. Мерзкий, долбящий уши звук. Грейсон мотнул головой, будто пытаясь сбросить его, но, конечно же, ничего не вышло. Я потёр виски, но это тоже не помогло. Танике же на вид было всё равно, она лишь беспомощно переводила взгляд с меня на Грейсона и заламывала пальцы, нервно прикусывая губы.
Как же я пожалел, что у меня сейчас под рукой не было медальона. Я попытался телепортироваться вместе с барышней на крышу дома, но потерпел фиаско. Печать Хаоса вообще замолчала, что возмутило меня до глубины души. То проявлялась, когда ей вздумается, то теперь умолкла. Хаос, что с него взять?
— За вас хорошенько заплатят на чёрном рынке, — подвякнул один из подпевал с той стороны двери. — На эксперименты пойдёте, или не органы. Даже не знаю, как на аукционе за вас дадут больше.
Но продолжить ему не дали. Судя по звуку, кто-то ткнул его под рёбра, чтобы болтал поменьше.
— Вы окружены, — выдал я, и на какое-то время повисла тишина.
— Врёшь! Кому нужен захудалый бар из трущоб?
— Нам. И несколько наших лучших бойцов сейчас надерут вам задницы.
— Это мы ещё посмотрим, щенки. Ни одна Печать не остановит пулю в лоб.
— Ой, как же ты не прав, — смеялся я, указывая тем временем Танике, где прятаться, чтобы её случайно не задели.
И когда она, наконец, укрылась в кладовке, я задвинул дверцу тумбочкой, чтобы ни одна пуля не задела прелестницу, пробив дерево насквозь.
Настало время дать жару. Я кивнул Грейсону, чтобы он придерживался плана на непредвиденный случай, который мы обсуждали ранее, и он кивнул в ответ, заверяя, что готов. Но не успели мы раскрыть дверь, чтобы пригласить гостей, как услышали шум бензопилы. Цепь прорезала «плоть» двери и ворвалась в комнату. Ещё пара движений и был выпилен квадрат, сквозь который покалили отморозки.
— Сто-о-оять! — армейским тоном отчеканил Грейсон, но ни один не замер.
Свист пуль почти перекрыл противный звон сирены, но ни одна не достигла цели. Я не смог телепортироваться за пределы комнаты, но мог легко маневрировать внутри. Отнял у одного пушку и принялся стрелять в воздух в надежде что с нашей стороны не дойдёт до мокрухи. Но, увы. Потный тучный лысеющий бармен с бензопилой бросился на меня, не оставляя выбора.
Я решил стрелять по ногам. Не в колени, я же не последняя сволочь, но так, чтобы обездвижить. Две пули вошли чуть выше голени по мясу, и с мерзким воплем здоровяк повалился на меня. Увернувшись от вращающейся с бешеной скоростью цепи, юркнул так, чтобы локтем дать в тыльную сторону пустой лысеющей башки локтем.
Шатдаун у бармена случился в то же мгновение.
Ещё две пули получили парни, пролезшие следом. Грейсон тем временем уже тоже обзавёлся оружием, но стрелял пока чуть хуже меня. Всё-таки практики реальных пострелушек да ещё и в движении у нас толком не было. Но это не мешало прекрасно уворачиваться и дурить противника.
Техника Грейсона поразила меня в первый же раз, когда я увидел его во всей красе. Он научился использовать Печать Тела так, что растекался в мгновение ока в плоский длинный блинчик, что создавало иллюзию телепортации. Однако он просто перемещался из пункта «А» в пункт «Б» перетекая. Но со стороны смотрелось почти так же, как у меня. Так что если бы он решил имитировать Печать Хаоса и способность телепортации, то у него прекрасно бы вышло.
— Печать Разума сбоит, — выкрикнул он мне. — Не подчиняются… — и тут же опять скрылся за перевёрнутой тумбой, прячась от пули.
— Печать Хаоса тоже не алло, — пожаловался я.
— Сейчас кое-что проверю, — заявил Грейсон и направился к ещё одному новоприбывшему, который, в числе прочих, уже не спешил так лихо вваливаться в комнату. Теперь они пытались действовать стратегически: один стрелял по нам, отвлекая, второй ломился в комнату. И так на потоке.
