Меня сунули в камеру, снабдили короткой инструкцией по выживанию в этом месте и на какое-то время оставили в покое.
Что ж, я много где бывал, пришло время ещё немного расширить свой кругозор. Заодно и потренируюсь в эльфийском произношении и высоком слоге. В отличие от вампирского, язык ушастых всегда давался мне труднее. Наверное, всё дело в том, что мой отец был вампиром, а не эльфом. А, может быть, дело было во мне самом? Кто знает, кто знает.
— С вещами на выход! — сколько радости я услышал в этом голосе. Похоже, взаимная не любовь у нас с принцессой образовалась с первого взгляда. Правда, помниться тогда я смотрел на её зад. Вполне себе симпатичный зад.
Я лениво покосился на дверной проём, в котором с важным видом стояла ушастая и перевернулся на другой бок. Желание куда-то идти пропало ещё вчера, когда, не знаю специально ли или случайно, под узким зарешетчатым окном моей камеры прошла казнь трёх вампиров. Если мои новые «друзья» хотели меня напугать, они ошиблись. Смерти я не боюсь, уже умирал, не страшно. А вот убивать трёх, пусть и представителей противоборствующей стороны только чтобы впечатлить меня, это низко. И если вчера утром я проявлял к эльфам отрешённую симпатию, сегодня же было только одно чувство: отвращение. А внутренняя чаша весов качнулась на сторону тёмных. Но, если исходить из моей логики, методы тёмных, должны мало чем отличаться от методов светлых. Тогда, какой смысл принимать хоть чью-то сторону?
— Ты что оглох? Кому сказала встать! — у меня над ухом проорала эльфийка. Не боится. А надо бы. Знала бы она, с каким удовольствием, я размазал её по стенке не будь я до сих пор закован в цепи, близко бы не подошла.
— Сэр… милог нар хо льбе, — с такими пожеланиями входят на эшафот. Удивлён, что эльфийка не упала в обморок, услышав, куда я её послал. Зато я отлично слышал вмиг сбившееся дыхание, быстрый топот эльфийских ножек и громкий лязг, захлопнувшейся двери.
Можно было порадоваться своей крошечной победе, но в отличие от эльфийки, желания зубоскалить дальше, у меня не было. В любом случае, мне всю равно не дали бы отпраздновать.
Не прошло и двух минут, как в камеру явился Рэйринар.
— Ты, надеюсь, в курсе последствий подобного оскорбления?
— А мне есть, что терять? — я сел и дёрнул руками. Зазвенели цепи, приковывающие меня к стене.
Эльф сделал страшное лицо, и я не удержался от презрительного хмыка.
— Мне, что дуэль, что эшафот, разницы никакой. Ну, может, на дуэли у меня есть хоть какой-то шанс. Надеюсь, это все, зачем Вы приходили? Тогда, не буду вас задерживать.
— Но как же похож, даже характер тот же, — непонятно для меня усмехнулся эльф и вышел из камеры. Это с кем они меня постоянно сравнивают? Неужели я так похож на своего папашу-вампира, что не могу спокойно снять номер в гостинице? И не его ли ждала эльфийка? А явился я. Если мои спонтанные домыслы верны, то ничего хорошего мне не светит. С другой стороны, я уже доказал, что не вампир. Главное, чтобы меня отпустили до начала приступа жажды крови, иначе, там уже не отвертишься. Операционный стол ждёт.
И всё-таки, природное вампирское любопытство взяло своё. А учитывая, что с шестнадцати лет, я страшно желал узнать, кто мой отец, а сейчас появился реальный шанс сделать это, можно было хоть раз в жизни рискнуть.
— Стойте! — дверь давно закрылась, но я понадеялся, что эльф меня услышит. Слух у ушастых, ничем не хуже, чем у вампиров.
Эльф меня услышал, правда, не тот, которого я хотел.
— Ты чего орёшь? Проголодался? — поинтересовался док, наведавшийся ко мне с очередным визитом дружбы. Вчера вечером, как раз после казни, меня держали трое, чтобы этот чёртов лекарь, мог взять у меня пару капель крови. И ведь, пока я был в бессозналке, моя кровь его не интересовала.
— На кого я, по-вашему, похож?
— С чего такие вопросы? — эльф с завидным равнодушием раскладывал на небольшом столике различные медицинские инструменты. А я следил и убеждал себя, что это очередной метод запугивания.
— По какому праву вы меня здесь держите?
— А по какой причине ты пытался убить адъютанта тайной канцелярии?
— А по какой причине ваш адъютант находился в снятой мной комнате и угрожал мне любимому ножом? — эта вопросная пикировка начала утомлять не только меня. Док вымученно вздохнул, подхватил со стола какую-то спицу с загнутым вниз острием и направился ко мне.
— Старайся не шевелится, так будет меньше боли.
Был бы я оборотнем, обязательно бы клацнул зубами, а вот выдавать свои вампирские полуклыки, настроение как-то пропало.
— Не знаю, что вы задумали, док, но я бы на вашем месте этого не делал, — пятиться было не куда, позади угол, да и прикованным к стене, тоже особо далеко не побегаешь. Моего ошейника хватало ровно, чтобы добраться до отхожего места, спрятанного за искусственной изгородью из виноградной лозы. А при необходимости цепь оживала в буквальном смысле, втягивалась в стенку и распинала меня так, что было тяжело дышать, но я всё равно сопротивлялся.
— Покусаешь? — насмешливо спросил светило эльфийской пыточной медицины.
