— Оно всё равно отвалится, — тихо буркнула Анна. Я сделал вид, что не услышал, и продолжил претворять свою идею в жизнь. С трудом остановив выбор на заднем борте, и сразу же пробовал его на прочность. Гвозди пока держали, но не загарами тот светлый момент, когда я выдерну их вместе… в общем я придержал себя, и стал действовать осторожнее.
— Что вы делаете? — заволновалась девушка, когда я всё-таки умудрился вытащить доску вместе с гвоздями, чему очень обрадовался.
— Вас спасаю, — недовольно бросил я и перешёл к левому борту. Получится дикое подобие саней, но это лучше чем ничего, и ночевать посреди поля под открытым небом с маленьким ребенком. Наверное, можно было найти вариант попроще, но я уже столько раз за сегодня загаживал себе мозги думами, что лишнего, ещё свободного кусочка мне стало жалко.
— Вы не стойте, а выпрягайте лошадку, — пришлось напомнить, потому что вампирка не шевелилась, только смотрела на меня расширенными от ужаса глазами. Как же! Её собственность ломаю.
В принципе, можно было и не трогать лошадь, она бы не помешала, только и помощи от неё никакой. Я взглянул на своего коня и понял, что он знает, что сейчас превратится в тягловую силу. Лично я на месте Монстра давно сбежал. Этот же стоял с поникшей головой и периодически дёргал ушами.
Едва не сломав доску, я всё же выдрал её из борта и победно оскалился. Вампирка после этого совсем сникла и, позвав дочку, наконец, отправилась выполнять мою просьбу-приказ. И правильно сделала, а то я уже минуты две раздумываю, не бросить ли всё и поехать дальше, в горы. Там спокойно и не никаких телег. Почти. Значит, придется лесть высоко.
Совместными усилиями лошадь они выпрягли, а вот упряжь снимать не стали.
Я поморщился, попутно отодрал доску теперь уже с правого борта. Всё, теперь осталось самое сложное, перевернуть телегу и прибить к ней импровизированные полозья.
— Всё с лошади снимайте и перевешивайте на моего коня. Будем транспортировать вашу телегу на одной силе, — посоветовал я дамам, раздумывая разгружать или не разгружать. Разгружать, само собой, придётся мне, как и потом возвращать всё добро на место. Значит надо сделать проще, приподнять одну сторону, подложить под неё доску, посильнее опустить и забить гвоздь чем-нибудь тяжелым. Этим я и занялся, пока несчастного Монстра превращали в обычного тяжеловеса.
В общей сложности на всё про всё ушло минут тридцать. Дольше всего пришлось возиться с задней парой колес, которые я упорно сбивал между собой доской с заднего борта. Пришлось даже выковырять ещё одну доску, чтобы достать дополнительную пару гвоздей. И мне даже понравилось быть плотником. Радовало, что я ни разу не промахнулся мимо шляпки гвоздя и не поотбивал себе пальцы. Функциональность подковы в качестве молота, я тоже оценил по достоинству. Мысленно похвалив себя и погладив по голове, я последний раз ударил подковой и заявил, что всё готово. На моё предложение впрягать Монстра в усовершенствованную телегу, радости я не заметил, а ведь надеялся, что после моих слов наступит всеобщая любовь и дамы бросятся спасать своё имущество, ан нет, стоят и смотрят. Пришлось всё делать самому и снова хвалить себя хорошего. Сам не похвалишь, никто не похвалит, это знает даже ребенок. Монстр тоже не стал сопротивляться, спокойно тянул телегу по снегу, оставляя за нами ровные глубокие полосы. Труднее всего было на поворотах, но мы справлялись. Я вёл коня в поводе, хоть и не видел в этом смысла, жеребец и без этого спокойно следовал за Анной, ведущей лошадь перед нами. Малышка Линка расположилась на моём седле и представляла себя великой наездницей. Я ничего говорить не стал, чем, что уж там скрывать, вызвал у Анны приступ удивления. Она ещё долго недоумённо оглядывалась на мою улыбающуюся рожу. А я упорно не понимал, зачем мне это всё надо? Хищников во владении вампиров давно нет. Эльфов-партизанщиков в столице я тоже не заметил. Получается, что мог с чистой совестью проехать мимо. Будь я на месте вампирки, распряг бы лошадь, отправил дочь в деревню и дождался прихода пары крепких мужиков. И вообще, должен же быть у неё отец, брат, муж.
Я обернулся на радостную Линку, потом пробежался взглядом по фигурке её матери, скрытой безразмерным пальто и уверился, что муж точно должен быть.
До деревни, по моим внутренним часам, мы добрались спустя часа четыре. Как и в любой другой вампирской деревне, ночью почти никто не спал. Вот часам к трём-четырём все разойдутся по койкам. Лично мне всегда хватало скромных шести часов, чтобы выспаться. Последние шесть лет эта цифра сократилась до четырёх. Предполагаю, остальные вампиры мало чем отличаются от меня.
