Осмотрелась, как на зло по близости не одной кафешки, где бы можно было хоть пирожок какой купить, да чаю.
Зато через дорогу Сашин ресторан, мы как то были там с ним один раз.
Вспомнив какие там пироженные в животе начинает урчать. Решаюсь пойти туда и что нибудь сьесть, пока в голодный обморок не грохнулась. Пусть запишут на счет ЖЕНЫ хозяина.
"Боже, Васина я тебя не узнаю" слышу голос своей совести в голове.
Отправляя в рот последний кусок божественного дисерта, поднимаю глаза от тарелки и натыкаюсь на Сашин гневный взгляд.
Сглатываю чуть ли не подавившись.
Но вместе со страхом испытываю и истинное наслождение.
Глава 35
Увидел свою сладко спящую девочку и не могу оторватся от нее, расматривал каждую черту, и скулы сводит от бешеного желания прикоснуться, и безжалостно целовать каждый миллиметр ее кожи.
А когда открыла глаза, а в них сотни невысказанных вопросов, десятки обвинений, а в словах горький яд обиды.
Сказать что я сожалел, испытывал муки совести, — ничего не сказать.
Я сдох блядь.
Жаль что нельзя отматать ленту жизни назад и сделать всё правильно.
Прислонил свою повинную голову к ее коленям, вдохнул ее запах и чувствую, как хмелею, будто кислородом месяц не дышал, и повело меня как пьяного. Желание в одну секунду стало настолько безумным, что казалось стены палаты грызть начну.
Хоть в петлю сука и волком вой. С мясом отодрал, проверяя на прочность выдержку, которая и так на волоске висит.
Соображать начал, лишь оказавшись не через одну стену и не один десяток ступеней от нее.
Блядь, вот что там можно делать целый час? Сжимал руками сотовый, удерживая себя от звонка мелкой. Меня хватило еще, менее чем на десять минут и вот уже вбиваю ее номер.
И только ебаное пип поет мне в уши. Но тут же набраю ее еще раз.
— Давай девочка, возьми трубку. — как бесектриса разрезал углы приемного покоя, наматывая шагами километраж.
— Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети.
— Блядь!
— Что за хуйня?
Уже через секунду стоял в ее палате.
Пусто сука! Пусто, черт возьми. Ни маленькой, ни вещей.
Стою ошарашенный, как тот бегемот из мультика, который боялся делать прививку и менял цвет.
Одному дьяволу известно, что творилось у меня внутри.
Да за что ты меня так ненавидишь?
За что издеваешся надо мной сука?
Дотронуться даешь и отнимаешь тварь ты такая. Хрен тебе. Не отдам. Не в этот раз.
Не знаю к кому я обращался к богу или дьяволу, только это был срыв.
Я не чувствовал земли под ногами, внутри глыба каменная.
Страх.
Едкий. Разъедающий. Выбивающий из сил. И тревога просто дикая.
Как же я проклинал себя сейчас. На каком адском огне жарился в эти минуты.
Я не понимал ничего от сьедающего меня безотчетного волнения и липкой паники, забыл как дышать. На автомате вбил номер Семена.
— Юли в палате нет. — и от звука своего голоса меня кроет изнутри.
— Обыщите здесь все. Перекройте все выходы. Найди мне ее, слышишь? — сжав кулаки, сквозь красную пелену бешенства, цежу в трубку.
Скинул Семена и вновь набрал ее. Словно от колличества набора что-то могло измениться. Или я вдруг дозвонюсь на выключенный телефон.
Мне казалось, что это какой-то мой крест. Словно я изо всех сил взбираюсь на вершину каменной горы, а она осыпается у меня под ногами и единственное что меня ждет, это пропасть… тьма. И мне уже сука не вырвать этот кусок счастья.
Телефонный звонок ворвался в мои утопические мысли.
— Ну что нашли? — нетерпеливо спрашиваю в надежде, но Семен тут же убивает ее на корню.
— Нет Александр Андреевич. В больнице ее нет. Но мы выяснили, что двадцать минут назад на такси от служебного выхода уехала молодая девушка, по описанию похожая на Юлию Николаевну.
— Куда блядь уехала? — кричу на все отделение, потеряв мгновенно последние самообладание. Внутри все холодеет и я едва держусь, чтобы не разнести всю эту богодельню к ебоной матери.
Я конечно знал что мою девочку безбожно штормит и ей дико страшно, но что она возьмет и без объяснений смоется, такого я не ожидал.
— Твою мать что же я так тупанул? Но почему не приставил к палате охрану? Нахуя, за дверью не подождал? Дебил тупоголовый.
Крою себя на чем свет стоит.
— Александр Андреевич. — прерывает мое самобичивание Семен.
— Ребята выяснили номер такси. Сейчас возьмем водилу и узнаем адрес куда он ее отвез.
— Быстрее. — ору не своим голосом.
— У вас стыд есть? Это больница, а вы тут кричите. — обращается ко мне какая- то безбашенная дура.
Стыда может у меня и нет, а вот предел за которым я перестаю себя контролировать есть, и он наступает в эту самую минуту.
В груди начинает клокотать от бешенства и вот ломается все, что поподается мне под руку. Я просто сорвался сука, слетел с катушек, не понимая что вообще делаю, но судя по сбежавшимся ошарашенным лицам вокруг меня, перегнул палку.
Очнулся лишь когда Семен орал в трубку что НАШЛИ.
Первым делом думал что убью эту гадину, но пока ехал, эмоции поутихли. И от понимания что с моей девочкой все в порядке, это просто ее бунт, мой гнев немного затух.