Младший набрал воздуха, выдохнул и рискнул сказать:
— Это касается тебя. Кросс сказал, чт-
— Опять он, — недовольно цыкнул Найтмер, перекрещивая руки на груди и откидываясь на спинку стула, — Без него нельзя ничего решить что-ли?
— Найтмер, пожалуйста, выслушай меня, — назвал того полным именем младший брат. Найтмер сразу затих, так как такое обращение всегда означает одно: Дрим серьёзен.
— До того, как ты познакомил меня с Кроссом вы были хорошими друзьями, верно? Вы общались, гуляли, проводили время вместе. Когда ты познакомил меня с ним, всё же было хорошо. Так почему сейчас всё так плохо? Почему твоё отношение к нему изменилось, только после того, как мы начали с ним встречаться? В чём причина? — рассказал Дрим о том, что не понимал и никак не мог понять.
Найтмер задумался. Он не знал, как лучше ответить на эти вопросы. Дело в том, что он и сам не до конца понимал, почему он так себя ведёт. Но вспомнив кое-что, он решил сказать всё, как есть, не скрывая.
— Ты прав. Мы были с ним хорошими друзьями, даже после того, как я познакомил вас. Мы и сейчас с ним хорошо общаемся, просто не говорим о ваших отношениях. Кросс это понимает, поэтому мы можем общаться как раньше. Но дело не в том, что я его ненавижу или не хочу вашего счастья. Я даже сам не знаю, как это объяснить, — с грустной улыбкой произнёс старший, — Я не против того, что вы вместе. Я рад, что вы нашли друг друга и желаю вам только счастья. Не испытываю ненависти к Кроссу, так как знаю, что он тебя не обидит. На самом деле, я только рад за вас. А почему так отношусь к вашим встречам… Правда не знаю. В каждой шутке, есть доля правды, знал? Может Инк был прав, говоря о том, что я слишком сильно тебя опекаю…
— Значит с Кроссом вы всё ещё друзья. Общаетесь как раньше, словно мы с ним и не встречаемся. Ты не ненавидишь его и только рад за нас. Я не понимаю, — пытался мыслить Дрим, обдумывая каждое слово, — Ты общаешься с нами как обычно, но если видишь нас с Кроссом или речь заходит о наших отношениях, ты ведёшь себя так, будто запрещаешь нам вообще разговаривать. Причём тут синдром старшего брата?
— Я правда не знаю, это лишь предположение, но… Возможно из-за того, что мы одни? Я имею ввиду, что родители уехали отсюда, оставив нас. Объявилась эта организация, угрожающая нам. Всё стало… Опаснее и сложнее? А так как ты мой младший брат, я стараюсь обезопасить тебя от всех, чтобы проще было приглядывать за тобой. Может я просто не хочу допустить твоей погибели? Из-за этого так сильно опекаю. А в Кроссе… Я вижу ещё одного дорогого тебе скелета, которого могут убить, тем самым раня тебя? Считай это оправданием, но я не вижу другой причины.
На эти слова Дрим лишь встал со своего стула, подошёл к брату, взяв его за руки, тем самым поднимая, и обнял. Крепко и любя, с неким опасением и волнением, будто брат может исчезнуть навсегда. Найт удивился, но обнял, немного помедлив. Так они простояли в объятиях какое-то время, прежде чем Позитив заговорил:
— Брат, я тоже не хочу тебя потерять, ты ведь это знаешь? Ты единственный мой близкий родственник, что остался рядом. А то, что ты так относишься к Кроссу… Я понимаю, правда. Но он тоже мне дорог, понимаешь? Я не хочу потерять вас обоих, поэтому прошу, забудь эти заскоки и дай ему шанс. Защищайте меня вместе, это ведь возможно? — спросил младший, немного отстранившись от брата, но всё ещё держа его в объятиях.
— Не плохая идея, Дрими. Я попробую не обращать внимания на эти заскоки. Но я не гарантирую, что это выйдет удачно. Всё же ты мой младший братишка, — произнёс он, высвобождаясь из объятий. На это младший лишь недовольно фыркнул, — Так что он говорил?
— Он сказал, что ты стал вести себя иначе. Весь дёрганный, на нервах. Но я так понимаю, что это из-за происходящего? Почему я этого не заметил, я ведь твой брат, должен же был почувствовать твои эмоции… — опустил голову Дрим.
— Эй, не вини себя, окей? Ты ни в чём не виноват. Но прав. Я и вправду беспокоюсь о нашей новой жизни. Да и как тут не переживать? В любой момент нас могут убить или ещё что. А мы ведь даже не можем никому рассказать.
— Я понимаю, наверное из-за этого моя аура исказилась.
— Исказилась? О чём ты? — не понимал старший.
— Кросс сказал, что она искажена негативом, будто я окунулся в топкое болото, полное отрицательных эмоций.
— Хах, забавно, — улыбнулся Найтмер, — Мы братья, и не заметили изменений в друг друге. А Кросс заметил это в каждом. Смешно.
— Хе. Согласен.
— Но подумай, что такого могло заставить тебя впитать столько негативных эмоций? Как думаешь? — с волнением произнёс старший.
— Я думаю, что ты знаешь ответ. У нас была счастливая жизнь, пока не появилась эта организация и не сказала нам, что мы наследники, заставляя нас присоединиться к ним, угрожая смертью дорогих нам существ. Родители уехали, оставили нас одних, думая, что так мы будем в безопасности. Но от нас не отстали. Они всё равно продолжают нам угрожать. Мы одни, понимаешь? У нас нет права ни на что. У нас нет выбора, нами просто играют и манипулируют для потехи ради.