После разговора с долгобородами я вернулся в Караэн. И первое, что сделал — отправился в Горящий Пик, даже не заезжая за стены города. И помирился с Адель.
Страстно — и несколько раз. А потом, уже утром, когда к нам принесли сына на аудиенцию, Адель мягко сказала, положив мне руку на плечо:
— Пора подбирать ему друзей и наставников. Думаю, обучать его владению мечом лучше с шести.
— Не рано? — удивился я. Впрочем, почему нет. Магна примерно с этого возраста и начали понемногу натаскивать. Без фанатизма, но всё же.
— И учителей, — сказала Адель. — Тех, кто вложит в его голову знания о мире.
— Ладно.
— Только не проси учёных мужей Университета. У них не хватит времени на двоих.
Так она, наконец, сказала, что снова беременна.
Уже одного этого хватило бы, чтобы признать год удачным. Но потом Вокула пришёл ко мне с проститутками. Не в смысле, что привёл толпу распутных женщин, а с планом.
Оказывается, храм Великой Матери в Караэне не просто проводил оргии — будь это так, там бы постоянно тусовались оголодавшие бедняки. Но там существовали… интересные «традиции».
В специально назначенные дни, то есть в праздники, можно было прийти в храм и потанцевать. Именно потанцевать. Возможно, голым. Это засчитывалось как проявление «уважения» к Богине. Но были и другие опции. Если ты хотел продолжения, особенно с партнёршей по танцу — следовало сделать некий взнос на храм. И вас отводили в специальные тёмные помещения, по сути — часть подземных ходов под Караэном, переоборудованных под… ритуальный бордель, чего уж там.
Это был бы просто забавный способ завуалированной проституции, если бы не то, каким образом культ Великой Матери набирал себе «сотрудниц». Это были… обычные женщины. Вокула сам был крайне удивлён, когда обнаружил, что через этот «ритуал» проходит сотни, если не тысячи женщин города и контадо. При этом, они не получали деньги — всё оседало в карманах жриц культа.
Почему⁈ Этот вопрос появился не только у меня, но и у Вокулы. А потом — у Фанго, к которому он обратился за разъяснениями. Фанго составил полный отчёт с показаниями очевидцев, свидетельств и даже собеседований с участницами. Причин было много — таким способом, как считалось, можно было излечиться от бесплодия, стать моложе, красивее, принести удачу в делах мужу… В общем, типичная женская энергия.
— Им просто нравится, — в своей циничной манере подытожил Вокула. — А потакать своим желанием подобным способом позволяет, вместе с тем, соблюдать приличия.
Я тогда изрядно озадачился тем, какие вообще культы есть в городе и окрестностях. Как оказалось, Магн буквально «оторван от народа». В среде аристократов женская неверность — крайняя степень позора не только для самой дамы, но и для её семьи. И детей. Я сам тому пример. А вот нравы среди простого народа — попроще. Гораздо попроще.
Поскольку культ Императора, который хоть как-то приводил всё к единообразию, в Караэне так и не утвердился, то каждый здесь верил как придётся. Но это были очень прагматичные верования. Если бы здесь продавали амулеты на удачу, то люди бы не стеснялись проверять их, не отходя от прилавка.
После того, как я вдоволь наосуждался на эту новую для меня грань караэнского общества с Эскером и остальной свитой (Сперат в этом не участвовал), Вокула и предложил мне уже забытый план. Теперь стройный, продуманный, просчитанный план устройства государственного борделя. На твёрдой, морально-теологической почве.
И для этого у него был предмет — Дуб. Волшебный Дуб уже трудно было игнорировать. Дело даже не в том, что он творил вокруг себя лето. Туда сходились паломники, поскольку он, похоже, помогал при болезнях, которые местное самолечение не брало. Многие даже старались рожать под его ветвями — и ещё ни один младенец не умер. В общем, этот объект культурного наследия быстро становился стратегическим ресурсом и центром внимания паломников и туристов. Пора было брать его в оборот.
Что удивительно — в народе очень чётко связали Дуб с Великой Матерью, хотя я молчал, как трезвый долгобород.
Поэтому мы провели небольшой кастинг и назначили жрицу, альтернативную культу Великой Матери в самом Караэне. Поскольку Дуб рос на моей земле, то я решил, что буду извлекать из него пользу. Но постепенно. Пусть люди гуляют по парку вокруг Дуба под присмотром моей стражи и регуляров, пусть даже рожают в специально установленных для этого палатках, но деньги за доступ к дереву я брать не буду. А вот за доступ к кое-чему другому — вполне. Я был уверен: мрачная статуя Великой Матери в городском храме неизбежно проиграет пышной кроне Волшебного Дуба. Кстати, ходят слухи, что среди его ветвей начали видеть крохотных девочек с прозрачными крыльями.
Так или иначе, мы построили недалеко от Дуба что-то вроде кафе, и большой отель с номерами. И, как я и ожидал, всё это недешёвое вложение окупилось через месяц. Притом, что «праздники» проходили два раза в неделю.
А главное — какая экономия на персонале…
