Императрица то и дело косилась на Паскевича. Вот, с одной стороны, наказать бы показательно за самодеятельность. Но, с другой стороны, наказывать за попытку спасения собственной жизни — это как-то странно. Тут впору награждать опять. Хотя, нет, обойдётся. Екатерина Алексеевна решила, что сделает вид, словно ничего не произошло.
Примерно в этот момент и через полчаса после того, как исчезли посол с тохаром, к императрице подошёл её дядя и по совместительству глава безопасности.
— Там на подходе к дворцу, — едва слышно проговорил он, склонившись к самому уху своей родственницы, — задержали весьма обгорелого вельможу, смутно похожего на иностранца. Утверждает, что он — посол. Принимать будешь?
Императрица вскочила с трона и чуть было не ринулась к кабинету, в котором обычно велись переговоры, однако сдержалась и проследовала на выход величественно, как ей и приличествовало.
— Веди, конечно, — сказала она Иосифу Дмитриевичу. — Это ж наш пропащий.
Практически одновременно с этим в первый из анфилады залов ввели изрядно обгоревшего Джузеппе Росси. Его задержали перед самым входом, так как он практически полностью, если исключить запах жжённых тряпок, соответствовал описанию пропавшего посла.
Императрица ахнула, увидев, в каком виде пожаловал посол. Без камзола, рубашка в некоторых местах прожжена, кружева оторваны, лицо и тело испачкано сажей. При этом его под руки вела охрана, прижимая с двух сторон.
Но Джузеппе не сопротивлялся, надеясь, видимо, что ситуация в ближайшее время нормализуется.
— Отпустить, — распорядилась императрица.
Но стоило охране отойти от посла, как на него с двух сторон рванули Борис фон Аден и старый хрыч Креслав Рарогов. Они вмиг оттеснили охрану и подхватили Джузеппе под руки.
— Где мой сын⁈ — рыкнул один.
— Куда внука дел⁈ — вторил ему второй.
Они явно пытались утащить его куда-нибудь подальше, чтобы допросить с пристрастием. Но императрица не собиралась терпеть подобные выходки, поэтому довольно резко рыкнула.
— Не трогать! Отпустить! — слову государыни ни тохар, ни родович перечить не могли, поэтому опустили посла на пол. — Вы что, совсем сдурели⁈ Он же дипломат! У него иммунитет! Нам только войны между империями не хватало, да?
— Сейчас мы ему такой иммунитет устроим, — пробасил на это Креслав. — Вовек не забудет! Где мой внук⁈ Отвечай!
— Да что ж вы все такие нервные? — Джузеппе, кажется, всё-таки испугался. — Если вы о том юноше, который испортил мою любимую рубашку, то ничего с ним не случилось. Мы расстались с ним буквально пять минут назад. На площади перед дворцом!
— Да что ж ты брешешь-то, собака⁈ — Креслав сжал ладонь в мощный кулак и поднёс его к лицу Росси. — Да я ж тебя сейчас!.. — он глянул на онемевшую от таких событий императрицу. — Государыня, позволь, я его с пристрастием!
— Отставить, — только и смогла ответить Екатерина Алексеевна.
— Ваше Императорское Величество, — вступил в спор Борис фон Аден. — Вы же видите, что нашим огнём нерусь опалён! Это значит, сын мой сопротивлялся перед тем, как… И вот этот вернулся, а Виктор — нет. А перед тем он и вас извести пытался! У, демонское отродье!
С этими словами он создал огненный клинок и опалил им шею Джузеппе. Тот судорожно сглотнул. Императрица чуть ли не в панике глядела на Иосифа Дмитриевича, потому что совершенно не понимала, как правильно действовать в данной ситуации. А главный безопасник, кажется, посмеивался, но незаметно для окружающих. Это можно было увидеть только по искоркам в глазах.
Неизвестно, чем бы всё это завершилось, только ровно в этот самый момент дверь в зал открылась, и в зал вбежал Виктор фон Аден собственной персоной, сжимая в руках камзол посла. Мгновенно оценив обстановку, он выпалил:
— Всё нормально! Я живой! С послом миром разошлись. Императрицу он убивать не планировал, ошибочка вышла.
И с этими словами подошёл к Джузеппе, протягивая ему ещё более опалённый камзол. Это подействовало успокаивающе на его родню, и Креслав с Борисом разжали пальцы, отпуская посла.
— Какие странные у вас, однако, понятия о мире, — проговорил Джузеппе с видом оскорблённой добродетели. — Сначала подкоптили, как жирный окорок, а потом говорят — миром разошлись.
— Да просто, если бы не миром, — хмыкнул на это Виктор. — То я бы тут однозначно раньше вас появился.
— Ну вас же предупреждали, — с улыбкой облегчения от того, что ситуация всё же разрешилась, проговорила императрица. — Дикая страна, варварские обычаи.
— Всё так, — кивнул Джузеппе, после чего вымученно улыбнулся в ответ. — И беспримерная верность трону и родине. На самом деле я невероятно впечатлён сложившейся ситуацией. Действительно, на себе смог ощутить невероятную мощь дружественной империи.
— Во всяком случае, — проговорила Екатерина Алексеевна, подпуская в голос мягкость и даже немного тепла, — мы убедились, что артефакт ваш работает. При этом все остались живы. Дальнейшую беседу мы с вами продолжим приватно, а господ офицеров, — она окинула взглядом фон Аденов, Рарогова и постепенно подтягивавшихся тохаров. — Я приглашаю на торжественный бал!
